И ветераны, и крупные землевладельцы Сирии и Аравии в период с 345 по 350 г. активно строили новые крепости на свои собственные средства (как указывают данные надписей), в этом смысле совершенно очевидно, что представители обеих социальных групп выполняли строительные работы не по доброй воле, а в рамках принудительной фискальной повинности, возложенной на них государством.

Тем не менее следует подчеркнуть, что именно Констанций II впервые переместил на Ближний Восток новые войсковые соединения, которые ранее входили в состав дунайской экспедиционной армииcomitatenses и в связи с этим дислоцировались во Фракии. Возможно, часть этих подразделений весной 337 г. сопровождала Константина I Великого во время его продвижения к персидским границам, впоследствии, как мы уже говорили ранее, войсковая группировка Константина, направлявшаяся в Персию, временно разместилась в Вифинии, не исключено, что летом того же года, в июне, некоторые отряды дунайской экспедиционной армии переместились из Вифинии в Константинополь, они присутствовали на церемонии похорон Константина и приняли участие в дворцовом заговоре, организованном Констанцием II. Отряды, перемещенные из Вифинии, выступили на стороне Констанция, поддержав его как сына Константина, в глазах воинов Констанций был более законным наследником престола, чем Ганнибалиан и Далмаций-младший.

Соответственно, в июне 337 г. Констанций II установил контроль не только над собственно дунайской экспедиционной армией, дислоцировавшейся во Фракии, но и над теми ее отрядами, которые сначала временно размещались в Вифинии, а затем — в Константинополе. Мы полагаем, что впоследствии, в период между 337 и 342 гг., Констанций перевел многие из войсковых подразделений дунайской экспедиционной армии на Ближний Восток, в Сирию, Месопотамию и Аравию, наш вывод основывается на эпиграфических документах, обнаруженных на территории данных провинций. Судя по всему, некоторые из подразделений, перемещенных на ближневосточный фронт, до этого располагались в Вифинии или Константинополе, а некоторые выполняли службу непосредственно во Фракии, на Нижнем Дунае.

В данном случае вполне очевидно, что, получив власть над дунайской экспедиционной армией, Констанций решил использовать ее силы для улучшения тяжелой ситуации, сложившейся на ближневосточном фронте, поскольку там уже с 338–339 гг. не утихали боевые действия с персами (по вопросу о датировке начала персидской военной кампании Констанция следуем «классической» точке зрения О. Зеека). Как мы и говорили выше, Месопотамия, которая непосредственно испытала на себе основную тяжесть персидского вторжения и где развернулись все сражения новой римско-персидской войны 338–350 гг., столкнулась с проблемой острого дефицита рекрутов, вызванной интенсивным дезертирством, уклонением от службы в армии, местное население провинции категорически не желало идти в армию и умирать на полях сражений с персами.