Даша пристально посмотрела на меня, будто заподозрила, что я сказал не все. Затем ее взгляд смягчился, она улыбнулась.

— Я соскучилась, — сказала она тихо.

И сбросила с себя шкуру. Она лежала под ней совершенно голая.

— Иди ко мне.

Всё остальное не требовало слов.

…Потом Даша спала рядом. Я слушал ее тихое и спокойное дыхание и смотрел в потолок.

Что мне делать? Пойти по просьбе шаманки в болото? Или сказать «нет»? А то и не выходить, не появляться вечером на реке?

Какой еще идол! Чем он им поможет? Рисковать жизнью ради непонятной золотой безделушки? Мероприятие, на самом деле, очень сложное. А на мне ответственность — производство оружия и много чего еще. И Даша. Вот она, тепленькая, мягонькая, спит, как ребенок.

Но ни один из вариантов не выглядел хорошо.

Айне спасла мне жизнь, и бросить ее будет неправильным. Я так поступать не умею. А чтоб было меньше риска, надо все продумать. Включай мозги, и изобретай то, что поможет в такой ситуации.

Нет, не помочь ей я не могу. Это мерзко и трусливо.

… Утром я нашёл Ермака у порога избы, где он обычно собирал ближайших к себе сотников. Там же был и Мещеряк. Атаманы сидели на лавке и о чём-то спорили вполголоса.

Я постоял немного в стороне, не перебивая. Ермак заметил меня первым.

— Что случилось? Дело какое? — спросил он. — Говори!

Я шагнул ближе и развел руками.

— Ермак Тимофеевич, я обещал рассказать только тебе.

Я посмотрел на Мещеряка.

— Извини, Матвей, но я слово держу.

Мещеряк прищурился, но отреагировал спокойно.

— Ну, раз слово, так слово, — буркнул он. — Давайте, говорите, а я потом подойду.

Он отошел от нас

Мы остались вдвоём. Ермак махнул рукой: мол, садись, выкладывай. Я приземлился на бревно.

— Как я спасся, я ж тебе так до конца и не рассказал. А дело было такое: когда меня везли бандиты в лодке, из воды, как лазутчик, появилась девушка-остячка с выкрашенным в черное лицом, чтоб ее не заметили, тихо разрезала мои веревки и убила половину бандитов.

Ермак только покачал головой.

— Девка?..

— Да, именно так. Тогда она уплыла, ничего не сказав. А вчера вернулась, и я узнал, кто она. Но не простая девчонка. Шаманка. Зовут Айне. Говорит по-русски так, что многие казаки могли бы поучиться. Просит теперь помочь. Получается как бы, что спасла она меня не просто так…

— И чего ей надобно? — мрачно спросил он.

— У её рода есть золотая статуэтка. Идол. Много лет назад их шаман его сделал и унес в болото, чтоб не отняли. Отдал «духам-змеям» на хранение. Теперь им надо его вернуть, потому что род слабеет, а он вроде должен помочь. Но им самим нельзя идти. Человек там просто так не пройдет. Болото жуткое, змеиное, да еще и дух. Вот она и просит меня что-нибудь придумать и сходить на болото.