Впереди стоял коренастый мужичок в синей робе. У его ног горела печать силы, которая не только давала ему возможность формировать заклинания, но и защищала его мощным щитом.

Ледяные стрелы Тихона разбивались о защиту этого гада. Мало того, печать мешала каким-то образом Искорке выстрелить в него струёй огня.

В тот момент, когда я напитывал огненный шар драконьим пламенем, мощная невидимая сила отбросила Искру в стену пещеры. Мой питомец впечатавшись в камень, упал на каменистый пол без сознания.

Я моментально вскипел и швырнул что есть силы шар в сторону этого очкарика. Ах ты ж, сволота! Лови подарочек!

Но случилось неожиданное. Фаербол на моих глазах начал уменьшаться. Хотя сделал своё дело. Он долетел до печатника — а это был точно маг, который специализируется исключительно на печатях — и его щит не справился с силой дракона.

Шарик, размером с яблоко пробил защиту этого ублюдка и врезался в его тело. Маг загорелся, а печать, оставшись без хозяина, тут же потухла.

Следом отреагировал Тихон. Он накрыл загоревшегося печатника облаком холода. Тот упал на землю, дрожа и катаясь по ней.

— Ну что, гадёныш, не получилось? — я подошёл и сел возле него на корточки. — Кто тебя послал?

— П-получилось, — засмеялся печатник и во рту его что-то хрустнуло. Он тут же изогнулся и замер, а изо рта потекла кровавая пена. Пля, ещё один отравленный!

— Всё! — Тихон упал на пятую точку. — Вроде победили… — его глаза радостно блестели.

— Похоже на то, — ответил я, и тут же рассмотрел разобранный бур. Это был активатор взрыва.

Отправил в него небольшой сгусток импульса силы, вложив в него антимагическое действие.

Белёсая субстанция врезалась в агрегат, окутав его. Бур перестал мерцать. Зато что-то заискрило внутри. Он задымился и… появились язычки пламени.

Тихон тут же потушил агрегат, накрыв мини-кольцом холода. Да уж, по ходу — кирдык этому устройству.

Затем я поднял Искру. Она уже пришла в себя, искривила мордочку от боли.

— Сейчас, — а затем повернулась вокруг своей оси. Что-то громко хрустнуло, и она зашевелила крылом активнее. — Сустав был выбит, но уже всё хорошо.

А затем дракоша исчезла в пространственном кармане, переживая своё первое поражение.

Надо бы с ней по этому поводу хорошо поговорить. Это и мне знакомое чувство. Я помню свой первый проигрыш, когда во время спарринга один из щупленьких но сильных магов уделал меня. В этом же турнире, в этот же день я решил взять реванш и победил его. Зарубив себе на носу — слаб не тот, кто падает, а тот, кто падает и не встаёт.

Я ещё раз бросил взгляд на потухшую печать.