— Ты не так всё понял, — выставил я ладони в успокаивающем жесте, начиная медленно приближаться к задохлику. — Давай успокоимся и поговорим.

Твою мать! Этот придурок сорвался с места и побежал в зал.

— Там Драконов!.. — заорал задохлик, напугав ближайшую компанию аристократов.

Больше он ничего не сказал. Аня, выскочившая из-за моей спины, тут же отреагировала — скрутила его нервные окончания. Щупленький парнишка успел пробежать ещё пару метров, затем скривился от боли и, рухнув на пол, забился в приступе.

Все тут же расступились. Дамы заойкали, парни загудели.

Я подошёл к худощавому аристократу, который вытаращился на меня, затем коснулся его плеча.

Надо было сделать всё быстро. И у меня было одно заклинание. Вот только не подготовленное. Не совсем понятно, насколько эффективно оно подействует в этом мире.

Чёрт! У меня не остаётся выбора. Опять придётся импровизировать. Как же я ненавижу грубую работу. Но тут либо так, либо — я попал.

Риск, конечно, не только в том, что заклинание не сработает. Среди аристократов может найтись сильный маг, который заподозрит неладное. Ведь я сейчас сотру последние 5 минут из жизни этого задохлика и что самое сложное — заменю его другими «воспоминаниями». Но мне пофиг.

Что он делал в районе кабинок, я так и не понял. Бродил в поисках туалета или просто услышал шум и подошёл посмотреть, что происходит. Да плевать! Главное, что мне сейчас нужно среагировать быстро и не накосячить.

Конечно, я понимал, что ненастроенное и несвойственное моей стихии заклинание ману выскребет до дна. Тут выбирать не приходится. На кону репутация, которую я с таким трудом пытаюсь восстановить, отбиваясь от убийц, мошенников и всяких бешеных аристократов, возомнивших о себе невесть что.

Как только моя рука коснулась плеча тощего, я зачерпнул ману и запустил «туман забывчивости». Белёсая пелена впиталась из моих ладоней в дрожащее тело задохлика. Я склонился над ним, закрывая свои манипуляции от столпившихся аристократов.

А затем — чтобы оправдать его испуг, бег по залу и фразу — на освободившееся место внедрил «фильм», который показывал, как я сжигаю паукообразного. Времени не было, поэтому взял, что попалось под руку: монстра из своей памяти — из недавнего прорыва, что произошёл во время обучения в Академии.

— Дружище, всё отлично. Я сжёг эту тварь, — поднял его, всё ещё трясущегося как осиновый лист.

— Лекаря! — крикнул кто-то из толпы аристократов.

— У меня есть свой лекарь, — ответил я, и тут же подозвал Аню. — Анют, надо привести его в чувство. У него, по-моему, приступ.