Я аж рот открыл от удивления, и Анюта, которая оказалась Анютой, тут же ахнула.

Не может быть! Софья Петровна!

— А вы как выбрались? Вас же схватили и допрашивали, — кое-как я смог выговорить.

— Думаешь только у тебя сильные покровители? — зашипела преподавательница. — Жаль, что я не успела закончить начатое у тебя дома.

— Уже не получится, — ухмыльнулся я в ответ.

— Я тебя всё равно уничтожу, сукин ты сын! — зашипела преподавательница. — Вернусь и уничтожу!

— А вот это вряд ли! — громыхнул Чёрный Дракон.

Да, Аракс моментально обратился в Дракона и теперь медленно подбирался к своей жертве, шумно ступая по газону закованными в чёрную броню массивными лапами. При каждом шаге когти на них скребли землю, оставляя после себя глубокие борозды.

Софья Петровна нахмурилась, выкинула вперёд руки. С её пальцев сорвались несколько капель воды, которые тут же выросли в ледяные глыбы. Они начали крутиться друг вокруг друга, образуя смертельный вихрь. Но… Не долетели до головы Чёрного Дракона. Попросту испарились.

Софья дёрнулась в сторону.

— Стоять! — прошелестел Зверобой. Из газона, взрывая почву, вырвались десятки ярко-зелёных стеблей. Они скрутили Софью Петровну в тугой узел, прижав к земле, и она зашипела от боли.

Настоящая Аня в ужасе отпрянула.

— Всё хорошо, — обнял я её, и мы отошли на безопасное расстояние. Я чувствовал, как Аню начинает бить крупная дрожь. Да уж, перенервничала она изрядно.

— Теперь ты со мной. Тебе ничего не угрожает, — улыбнулся я, успокаивая красотку. — Видишь, вот и разобрались.

Тем временем наступило оглашение приговора.

— За совершённые злодеяния суд приговаривает тебя к… смертной казни, — ответил Эфарион.

— Пощадите. Я исправлюсь, — хрипло вскрикнула Софья Петровна, уже понимая, что сейчас произойдёт.

— Пощады не будет! — ответил Эфарион, и его лицо исказилось от гнева.

— Что со мной будет? — глаза Софьи Петровны вытаращились на подходящего к ней Дракона.

— Я откушу тебе голову, — зарычал Аракс, нависая над жертвой, которая начала кричать.

Громкий лязг челюстей всколыхнул мои барабанные перепонки, а затем я увидел, как на землю падает обезглавленный труп. Голову, на которой лицо было искажено от ужаса, Аракс выплюнул рядом.

А затем подключился Эфарион. Он обернулся Золотистым Драконом, который изогнул шею, выплёвывая пламя. Столб огня взвился на месте казни, и тут же потух, оставляя после себя горстку пепла.

Я тут же услышал, как высоко в небе громко закричала какая-то птица.

— Кто это? — спросил я Драконов.

— Филин скорбит о потере своего лидера, — прокомментировал Аракс. А затем добавил: — Вам, кажется, пора.