— А я в тебе не сомневался, знал, что ты справишься, — буднично ответил легендарный наемник, не отвлекаясь от работы за ноутбуком. — Там, кстати, на тебя досье есть, я вывел на экран. Глянь, если интересно, много о себе узнаешь.

Дробный стук по клавишам продолжился. Я же подошёл к четвертому ноутбуку и погрузился в чтение.

В начале документа стояло две мои фотографии: до и после пластической операции. На самом деле различий было не так уж и много, ровно столько, чтобы камеры видеонаблюдения перестали воспринимать меня Евгением Петровым, а начали принимать за Эдуарда Степанова, как звали мою новую личность. Но да, они все равно были похожи, как два брата близнеца. Не однояйцевых, конечно, но будто родились от одного отца и одной матери.

Я же продолжил чтение, медленно глотая строчку за строчкой. Получалось очень интересно. Например, количество убитых мной людей составляло триста семнадцать человек. Понятия не имею, включили ли в это число тех, кого я убил уже в аду, или нет, но получалось много. Даже очень. Большинство из них, конечно, пытались убить меня, но всё-таки.

Хотя, уж слишком много получается, я сомневаюсь, что стольких своими руками отправил в переработку. Скорее всего, тут засчитали ещё и тех, что погибли в результате взрыва мегабашни. Там ведь все равно много народа было.

С другой стороны, в Новой Москве каждый день погибает больше. В разборках и перестрелках, от сбоев имплантов, в автомобильных авариях, и от отравлений алкоголем, наркотиками или лекарствами. Так что для статистики это капля в море.

А вот дальше все было гораздо интереснее. Перечислялись убитые мной значимые личности. Таковых нашлось достаточно много: Легион, Кара, Живчик, Князь, Темноводов. И ещё корпораты из тех, что я расстрелял в конференц-зале СТВ. Короче говоря, выходило, что многих я убил, даже очень. И след свой, как ни крути оставил.

Потом, как ни удивительно, шел список смертных грехов. Гордыня, алчность, гнев и похоть. Чревоугодия, зависти и уныния не было. Ну, четыре из семи — тоже неплохой вариант.

Моя биография. Родился в Новой Москве, в пятьдесят пятом, на краю города… На самом деле нет, тут была правда. И про лаборатории «Биотики», и о том, что я рос с приемной матерью. О том, как закончил школу, как благодаря протекции дяди поступил в институт, как вылетел из него, как он же устроил меня в «Кристал» торговать водкой, как я связался с Чехом…

Мне это не было интересно. Историю своей жизни я знал и без того, причем подробно. Несмотря на то, что она была наполнена событиями. Особенно последние два года.