Твою мать! Это во что я умудрился ввязаться в очередной раз? Да по сравнению с этим все мои разборки с корпорациями, бандами и другими наемниками — детские игры в песочнице.

Впрочем, хрен с ним. Так или иначе, придется вывозить. Деваться банально некуда.

Сложить руки и сдохнуть — это не про меня, хотя многие посоветовали бы мне поступить именно так. Со зла. Многие меня любят, а ещё большие ненавидят. Но даже умудрившись угодить в ад, что было немудрено, учитывая мой образ жизни, я не смирился.

— Хорошо, — проговорил я, хотя ничего хорошего в этой ситуации не было. — Какова ваша цель?

— Уничтожить порядок, — ответил мне кибердемон.

И все. Молчит. Ну да, его воля сломлена, и он просто отвечает мне на конкретные вопросы. И вполне себе конкретно. Без подробностей. Может быть, сопротивляется и отказывается высказывать то, что меня интересует в действительности. Впрочем, в этом ведь и заключается допрос.

— Конкретнее, — сказал я. — Уничтожить порядок. Что под этим подразумевается?

— Чтобы в аду больше не было ни рабов, ни господ. Чтобы ад снова стал диким местом. Чтобы вместо двух корпораций, которые подмяли все под себя, демонам приходилось выживать малыми группами. Сражаться за каждого грешника, который попадает сюда, и если он вырывается из котла, то охотиться на него и возвращать обратно. Чтобы остались только цитадели, а столица превратилась в руины, которые рано или поздно поглотит песок. Чтобы…

— Я понял, — прервал я его. — Я тебя понял. Анархия. К этому вы стремитесь. Но какие у этого получеловека мотивы?

Разберёшься в мотивах, разберёшься и в методах, разберёшься, как идёт дорога, которая ведёт к цели. Без этого вообще никуда.

— Не знаю.

— В смысле не знаешь? — удивился я.

— Я не могу залезть в голову Повелителя. Никто не может. Его воля слишком сильна. Ее не сломить. Никто и не пытается, потому что он прошел через весь ад, спустился до самых его глубин, а потом вернулся обратно. Он доходил до ледяного озера на дне, он бывал в бездне, которую не видел никто кроме самого Сатаны, и его Сына. И остался в живых.

Ну понятно. Вот будет смешно, если все, что он делает — это банальная месть отцу от непризнанного нежеланного сына. Проблемы отцов и детей, которые уже сотни раз описывали в самых разных произведениях: в литературе, в кино. Даже мою историю можно было подписать под это, если кто-нибудь когда-нибудь снимет про нас с Князем фильм. Что ж, я хотел бы посмотреть байопик про себя, чтобы потом ругаться на то, как все извратили, и что на самом деле все было иначе. Потому что, подозреваю, именно так и будет.