Это в мире, где почти все давным-давно на застежках молниях. Только рубашки остались старого кроя, на пуговицах.
— Я тебе не нравлюсь? — спросила она и надула губы, будто обиделась. — Ну что ты, мой хороший?
— Я не твой, — достаточно резко ответил я. — И вообще, тебе бы волосы расплести. Иначе так ты на Медузу Горгону похожа.
— Я умею превращать мужчин в камень, — она снова улыбнулась, будто восприняла это за комплимент. — Не полностью, точнее, а только одну их часть.
Удивительно, наверное, если бы мы встретились бы на земле, и я бы сказал ей, что мне звонили из ада и сказали, что от них сбежал самый развратный суккуб, которого обязательно нужно отправить домой, она бы тоже этому только порадовалась.
— Может быть, тебя это удивит, но я никакого возбуждения не чувствую, — ответил я. — Я не люблю, когда меня снимают. Так что шла бы ты отсюда.
— Хам, — ответила она, встала и, картинно цокая каблучками, двинулась прочь.
Женщины очень не любят, когда их обламывают. А я с давних пор привык получать от этого удовольствие. Ведь гораздо приятнее чувствовать себя не жертвой, а охотником.
Впрочем, сейчас мне просто хотелось домой. Если бы не дела, я б вообще из «Последнего Приюта» не вылезал бы.
Может быть, так и сделать? Попытаться выйти на связь с сектантами, сказать, что все, что было между нами — недопонимание, что я уйду у них с дороги, вообще пропаду. Поверят мне?
Сомневаюсь. Уж слишком много крови мы друг другу пополнили. Счёт открылся, и он умеет только расти, его уже никак не закрыть. Жаль только, что если я потеряю хотя бы одно очко, то игра закончится. Просто потому что меня отправят в вечность.
Да и корпорация… Не думаю, что они дадут мне просто забить на все и отдыхать. Отец тот же, у него на меня планы. А действовать меня заставить теперь очень просто: нужно похитить что-то дорогое, а потом шантажировать этим. Отличный кандидат на роль этого самого «дорогого» — это Ангелина. Если ее тронут, то кровь польется рекой.
Нет. Нужно действовать. Нельзя рассчитывать на то, что я проведу тут вечность без последствий, рано или поздно начну забывать себя. Так что работаем по прежнему плану: добраться до Сатаны и потребовать, чтобы отправил меня с моей женщиной обратно на Землю.
А теперь вроде как план минимум выполнен. Я выпил в баре и вполне могу пойти к себе в номер. А уж то, что я там делать буду…
Лучше никому об этом не знать.
Глава 22
Я открыл окно и выглянул наружу. Тут камер не было, как не имелось и смысла ставить их на такой высоте. Скорее всего, внизу все буквально увешано ими: и теми, что принадлежат корпорации, и другими, которые поставили уже владельцы отеля.