«По крайней мере, это гипотеза логична».

По степи бежали тени от облаков. Ветер колыхал сухие стебли.

Аринэль отказался от другого аидэна. Потому что… Жизнь в Империи меняется. Это как на Земле было. Ездили, ездили на лошадях и раз… Они стали не нужны. И что потом, держать аидена в стойле? Бойца? А еще, честно говоря, и так хватает скорбных моментов.

Девидсон тяжело вздохнула. И двинулась с места. Вниз, по склону, обратно, в сторону замка. Ари ее не понукал, пусть идет, как хочет.

Лес темнел невдалеке. Пройдет совсем немного времени и здесь будет полноценное поселение. Всех смутьянов, шилопопых и так далее элорины будут направлять сюда, под начало главного шилопопого, Даиэля Леваннара. А вдоль опушки протянется дорога до рудника. Дорога уже и сейчас в наличии, просто это пока так, протоптанная колея.

«Интересно все же, каким был Эло, когда здесь везде был Лес?»

Даиэль рассказывал, что раньше на месте болот было что-то вроде того же, что сейчас в Элорадане. То есть пул мэллорнов.

«А что мы увидим в западном Эло?»

И сейчас надо бы подумать, а сколько еще погибнет разумных по пути туда… Вот только не надо решать за военных, как им жить. Харлей погибла, защищая своих товарищей. Даяна, не задумываясь, ринулась на матку. Мелиал, вот уж кто славы уже себе нагреб, однако она после Крестэйра явилась в Эшмаэн.

Быть воином — это образ жизни. Все именно так, смерть всегда рядом. Но и жизнь так чувствуется гораздо острее. Еда вкуснее, сон слаще. Не понять человеку гражданскому этих моментов. Ну, еда и еда. Но дело-то не во вкусах. Дело в ощущении себя. Рядом с тобой против дерра могут стоять только товарищи. Ну, и да, кому-то так проще жить. В черно-белом мире, где все ясно, прямо и перпендикулярно. Все разные, каждый своё находит. Кто-то и разочаровывается и такое сплошь и рядом.

«Интересно, придет ли разочарование? Что-то отец вон, нифига не разочаровывается. У Мелиал тоже как-то не замечается».

Вдалеке маячил конус матки. Вторая была дальше и с этого ракурса ее было не видно.

«Себя-то не обманывай. С чего вдруг? Седло сменится на… другое место, но от себя не убежать».

Да и с чего он должен убегать? Мир только начал открывать перед ним свои секреты. Эло, мэллорны. И не только этот мир ждет своего открывателя. Впереди будет столько всего, что еще будет сожаление, что жизни не хватает.

Будут ли на этом пути трагические страницы? А куда от них денешься? Даже если убрать войны, никто не вечен. Все когда-то окажутся на пирамиде. Но вот Хагер Аассен уже останется навсегда наблюдать за Империей. Первый Император. Памятники ему воздвигнут, даже если он этого не хочет.