«Вообще, с памятниками как-то скудно в государстве нашем. Как-то не принято тут особо статуи воздвигать. Данария Эридис, Терон, Кореонус, Белая Принцесса… Персоналий уже куча, но…».

Аринэль видел лично только один памятник, Аясу Каи. Памятник Первой Императрице стоит во дворе Тэйдэяхана, но его Ари так и не удалось рассмотреть. Терону Аассену стоит постамент в одноименном городе. Прямо на том месте, где находилась ставка Аассена перед боем с маткой. Отцу, понятно, будет стоять памятник во дворе замка Тайфол. Не просто же так Грег место оставил…

…По небу бежали облака. Одинокий всадник на белом скакуне не спеша ехал к замку…

* * *

Терять верных соратников, друзей — это горько. А вот терять их по глупости еще и невыносимо обидно. Не на Стене, а дома. В обычной ссоре между родственниками. Стоишь у пирамиды, смотришь на лицо и скрипишь зубами. Мог же предусмотреть. Знал, что она или он, молодые, горячие. Они, после того, как мы победили матку, полагали, что к ним, без всякого ерничанья, героям, будет особое отношение.

Поэтому и был создан Орден. Чтобы не было всего этого. Те, кто уходят из привычной жизни, на запад или на юг, они поэтому и ушли, что другие. Потому что отличаются. Ну, не сможет тот, кто летел в атакующей лаве на исполинский конус матки, потом вернуться домой и разбираться в ссорах между соседями, кто чьего болотника украл. Скрупулезно считать налоги, всерьез заниматься сельским хозяйством. А тот, кто ведет интендантские дела, вряд ли сможет выставить щит и упереться, когда летит орда антов. И задача нас, тех, кто ведет, направить усилия всех на общее дело. И нас — это я имею в виду аристократов.

Но происходит следующее. В столице возникают всякие новые «моды». Возвращаешься и видишь, что все юноши ходят в штанах, пышных в районе задницы. Некуда больше нашей аристократии приложить умственные усилия.

Но бог с ней с модой, есть и более серьезные проблемы. Например, возникшая недавно идея, которая кружит юные умы. Свобода и Равенство. Красиво звучащая, эта идея в корне своем несет задумку, чтобы не расти в достоинстве долгие годы. Претензии возникают такого плана. Почему это сначала распределяют баронства между теми, кто служил на Стене? И ничего не торкает при этом. Избирательное равенство, не учитывающее заслуги, но учитывающее происхождение. Свобода от ответственности за свои слова и действия.

И это опасно тем, что двигают сию идею совсем не юноши. Молодежи, понятно, хочется всего и сразу. И ее цинично, нагло используют. Аристократия, которая теперь не несет обязательной воинской повинности (потому что воюют откровенно хреново), желает убрать препятствия к реализации своей личной власти. Мы перекрыли им множество вертикальных связей, убрав их из армии (в том смысле, что не они теперь решают, какая будет армия), подняв на гос.службу множество «черноногих», так аристо презрительно именуют обычных подданных. Данария Эридис это отлично понимала. Да, ей пришлось использовать аристократию и использовать именно вот это желание отделиться от контроля, получить личную неограниченную власть. А потом с этим столкнулись уже мы.