— Спасибо.

— Пожалуйста. Но напрошусь на ужин.

— Конечно, милок, — захлопотала до селе молчавшая Марта, — а другие когда подойдут? А то я наготовила, а они даже на обед не пришли.

— Пойду позову.

К нам домой занесли ещё стол из дома Глена и Марты, и за ужином мы сели в расширенной компании. Кроме двух новеньких, что уже успели поработать в пещере, сейчас пришло только трое. Поняла, что мужчинам придётся спать на полу, потому что кроватей на всех не хватит.

Следующим утром спросила у Мэтью:

— Может, стоит продать шкуры?

— Нет. И сейчас они очень выручают парней — мы из камыша и шкур сделали место для сна.

Он смотрел на меня как-то слишком внимательно, словно хотел что-то увидеть. Да, сегодня ночью я проснулась до того, как начала кричать. Всё потому, что опять снились пытки и костёр. А потом, когда снова уснула, видел родовой артефакт, который показывает, что я жива. Было страшно, что Том найдет меня и пытки снова повторятся.

— Завтрак готов, — позвала Марта, — поешьте перед работой, а то опять целый день в делах будете.

За завтраком я была без чепца и платка — моя ярко-рыжая коса была за спиной. Марта, увидев меня, покачала головой.

— Не стоит тебе на улицу без чепца выходить. Как бы не начались гонения. Люди сразу заметят, что волос стал другого цвета.

— Видимо, и сюда новости про костёр дошли, — сказал трорк, что вчера лечил меня.

— Да, только слухи. Нам не ведомо, почему принц осерчал на ведьмочку. Никогда на них гонений не было.

— Говорят, она была его невестой, — сказал другой трорк, — а потом он её в предательстве обвинил и на костёр отправил.

Мне еда в горло не лезла от их разговоров.

— Была в столице? — спросили у меня, но ответила Марта.

— Она в городе была первый раз, куда там столица. С её нелюдимым отцом из леса редко выходили.

Вижу, как Мэтью и троица, что со мной уже некоторое время знакомы, нахмурились. Будучи в городе, я вела себя так, словно для меня это не в новинку.

— Мари, кто тебя ведьмовству обучал?

— Спасибо за завтрак, Марта. Мне ботинки сегодня вернут?

— Извини, пока нет, но можешь и дальше мои сапоги брать. И, наверное, тебе не стоит в пещеру идти — нас больше стало, сами справимся.

— Древесина нужна, — сказал спокойно Мэтью, — вечером мы с парнями перенесем стволы к дому. Если сможешь, подготовь их.

— Хорошо.

Ушла в лес, а по ощущениям я сбежала от неудобных вопросов. Трорки, когда остались одни, ещё поговорили:

— Мэтью, ты с отцом когда связывался?

— Каждый день общаюсь.

— Тебе не кажется, что эта Мари что-то скрывает?

— Она — это Анна, которую сожгли. Да, знаю, что вы видели, как её сожгли, — сказал с болью парень, — но её душа перешла в это тело. Только не понял как… Сейчас не лучший момент спрашивать. Но то что она меняется и становиться все больше похожей на себя прежнюю заметно.