А потом на следующей странице была запись:«Интересно, когда лучше, чтобы была наша свадьба? Мне бы хотелось весной, когда распустятся деревья и цветы, чтобы было уже тепло. Но и не летом, потому что будет слишком жарко».

— Что написано, Мэт?

— Это вещи моей невесты, — сказал хрипло. — Но почему мы её забыли?

— Невесты? Скажешь ещё такое, ты же говорил, тебя не заставят жениться! Лучше скажи, как её зовут?! — посмеялся Талин.

Я полистал записную книжку и в конце нашёл подпись Анна Реринд.

— Мою невесту зовут Анна Реринд.

Я звал её, метался по лесу, но ничего, кроме её вещей и коня, не говорило о её существовании. Даже моя память и та твердила, что её нет.

— Пора домой, потом разберёмся, где твоя Анна, — сказал задумчиво Ленг. — Потому что то, что я помню, отнюдь не радостное.

Наши кони лучше знали, как выбраться из леса, чем мы. Привезли нас сначала к деревне, а от неё мы уже легко сориентировались, как добраться до замка. На конюшне на четвёртого коня смотрели с благоговением и удивлением.

— Мы не помним, чтобы у вас был этот конь, господин.

— Неважно, что вы помните, — бросил резко. — Ухаживайте за ним хорошо.

Взгляд очередной раз зацепился за топор, прикреплённый к седлу. Какая глупость брать с собой топор, особенно для леди! Во дворце первым, кого встретил, был дядя, рядом с ним шёл дикий лесной кот.

— Мэтью, откуда у меня фамильяр ведьмы? И какой ведьмы?

— Анны Реринд. Вот только почему-то никто не помнит её.

— Дорогой мой, Анна была казнена в начале этого года.

— Почему тогда её конь, её одежда и вот это было с нами в лесу? — передал дяде записную книжку.

— Это невозможно… — сказал он шокировано. — Она не могла тебя видеть. А её дневник должен быть у твоего отца.

Император с племянником ушли в кабинет. А стоило Седару связаться со старшим братом, тот его огорошил:

— Её дневника у меня нет. Я помню, как получал его с птицей. А потом я передал его кому-то, точно помню только то, что Мэтью тогда был рядом.

— Пап, дело в том, что у всех провалы в памяти. Словно мы все забыли о ком-то очень важном. И из-за этого не можем сложить полной картины.

В кабинет после стука влетел перепуганный трорк, упал на колени и, плача, сказал:

— Он пропал, пропал из сокровищницы.

— Кто? Дин, встань с пола. О чём ты?

— Помолвочный браслет пропал из сокровищницы.

— Который из?

— Господина Мэтью.

— Дядя, я об этом же. Анна, которую мы все почему-то забыли, — моя невеста. И если браслет не в сокровищнице, то он на её милой ручке. Иного просто быть не может. Я бы не стал его таскать в кармане.

— Это точно, — сказал отец парня по переговорному артефакту.