— А у опера Бешметова — продолжил майор, — был ещё один интересный товарищ. Знаешь кто?

— Рассказывайте, рассказывайте, Александр Николаевич.

— Очень серьёзный человек со смешной фамилией Калякин. Слышал про такого?

Я не ответил.

— А про Калякина говорили, что у него, в отличие от Круглого, действительно имелись очень серьёзные материалы на Никитоса.

Вообще-то не имелись, а могли быть…

— Я, — продолжил майор и отпил кофе, — заинтересовался этим Калякиным Эдуардом Степановичем. Он, как известно, скончался. Ни жены, ни детей, ни родителей у него не было. В смысле, родители умерли. Но, как выяснилось, была подруга. Роза Каримовна Гафарова. Но она, к большому несчастью, оказалась в больнице с инфарктом. Буквально на днях. И, что любопытно, сразу после звонка в скорую помощь она сделала короткий звонок некоему Сергею Краснову. И попросила приехать в больницу. И опять у меня на пути появился этот Краснов. Улавливаешь?

— Опросили тех, кто дежурил в больнице?

— Опросил, — кивнул он.

— Значит, вам сказали, что переговорить мы не смогли? Её увезли в реанимацию. Она и слова вымолвить не могла.

— Да, сказали. Но мне вот интересно, что она собиралась тебе сообщить?

— Может, хотела попросить цветы поливать, — пожал я плечами. — Не знаю.

— Но у неё в доме нет цветов.

— А в квартире? Она же в квартире живёт. Какой дом-то?

Я усмехнулся. Попался.

— Да тот дом, недалеко от которого стояла машина Кержака. Давай так, Сергей. Я хочу знать, почему ты занимаешься этим делом.

— Погодите, а как вы узнали, что я с Романовым знаком? — встревожился я.

— Так я, по иронии судьбы, его и попросил тебя разыскать. Не хотел, чтобы в моём ведомстве о тебе знали.

— Странно, чего меня разыскивать? Адрес в телефонной компании есть. Вы же там были, раз расшифровку разговора имеете. А мне интересно, Роза что, на прослушке была? Или, может быть…

— Нет, сейчас же операторы должны хранить все записи разговоров. Так что это просто. И да, адрес я твой добыл, естественно. А Петю попросил помочь приглядеться к тебе.

— Петю? Интересно. Профиль не его. Я же по наркоте не прохожу. Почему к нему именно?

Я напрягся. Неужели Петя, блин, не спрятал моё имя в том деле о котловане?

— Просто мы с Петей друзья. А к кому лучше всего обратиться в неофициальном расследовании, как не к другу?

— Интересно, а у мобильного оператора у вас тоже друзья работают? — прищурился я.

— А тебе палец в рот не клади, да? У меня разные методы имеются. Так что?

— В каком смысле?

— Предлагаю заключить союз. Ты согласен?

— Почему бы и нет, — пожал я плечами. — А цель у нас какая?