— У меня ещё вопрос будет. Личный. Но ладно, потом задам.

— Какой ещё личный, ты обалдел что ли совсем? — повысила она голос.

— Про Никитоса.

— Что?..

Она вздохнула так, будто я ей в солнышко заехал.

— Всё, пошёл. Говорю же потом.

Пол-урока уже прошло, когда я заявился на литературу.

— Елена Владимировна, извините меня. Всё руководство школы вдруг решило ко мне воспитательные действия применить.

— Проходи, Сергей, — сказала она, не глядя на меня, и отвернулась к окну. — У нас небольшой тест, нужно выбрать правильные ответы.

Сегодня на ней были очки. Раньше она их вроде не носила. Я глянул на Алису. Совершенно неожиданно она села к Рожкову, а мне махнул Глитч.

— Чё за дела, Рожков? — усмехнулся я. — Отдай девушку. Верни в зад!

Она поджала губы и выставила палец. Но не злобно, а, можно сказать, любя.

— Я забыла, — прошептала она. — Ты меня в субботу прокатил. Кинул. Теперь побегаешь, понял?

Я уселся к Глитчу.

— Здорово, Саня. Как житуха? Сколько нам ещё осталось?

— Двадцать минут, — прошептал он.

— Нет, вообще, пока рептилоиды не сожрут последнего человека.

— Выполняй тест, а то вылетишь из школы, — насупился он. — Всё совсем не так плохо, как ты думаешь.

— Ну, ладно тогда, — облегчённо выдохнул я.

— Всё намного хуже, — с видом победителя усмехнулся он. — Кстати, погляди на Альфу. Тебе не кажется, что у неё скула припухла? И очки эти…

— В смысле, припухла?

— Ну, когда повернётся, погляди. По ходу у неё синяк там…

Я присмотрелся, но она задумчиво смотрела в окно и разобрать, что там у неё с лицом было решительно невозможно.

— Не говори никому, — шепнул я Глитчу. — Не надо. Особенно, если действительно синяк.

Он удивлённо глянул на меня и кивнул.

— Да, ты прав…

Когда прозвенел звонок, Альфа к нам не повернулась.

— Закрывайте приложения, — флегматично сказала она, подперев голову рукой. — Результаты разберём завтра. Можете идти. До свидания.

— Елена Владимировна, а можно…

— Нет, Жилина, в следующий раз спросишь. Я себя неважно чувствую сегодня. Идите, ребята.

Я дождался, пока все разошлись и подошёл к ней.

— Лен, слушай. У меня были очень проблемные выходные…

— Иди, Серёжа, иди, — не глядя на меня, повторила она. — У меня голова болит.

— Я даже без телефона был, — продолжил я. — Позвонить не мог, но думал о тебе постоянно. Ты как? Приходил этот козёл?

— Пожалуйста, не лезь в мои дела, хорошо? Приходил, уходил… Тебя это не касается!

— Что же за урод-то такой? Нихера не понимает.

— Это не он.

Слева скула действительно была чуть припухшей, а веки были замазаны толстым слоем штукатурки и прятались за дымчатыми стёклами очков. В груди у меня зажгло. Защемило. Если бы не мои субботне-воскресные приключения, я бы её из поля зрения не выпустил, конечно. А так… Блин. Из-за меня, стало быть. Не надо было торопиться, лезть к нему. Ну, значит придётся сегодня решать вопрос. Окончательно.