— Я так не думаю, — пожал я плечами.

— Ты ещё слишком юн и глуп, ты не имеешь опыта в этой жизни, и поэтому то, что я говорю сейчас, кажется тебе привлекательным и окутанным романтическим светом. Но когда ты станешь постарше, ты поймёшь, что этот выбор безумен, да только будет уже поздно, ты не сможешь соскочить и сойти с тропы.

Он посмотрел мне в глаза, пытаясь понять, дошло ли до меня то, что он сказал.

— Поднимись вон туда, — махнул он рукой туда, где тропинка приближалась к обрыву, — вон к тому кусту, что на самом краю. Возьмись за него, наклонись вперёд и посмотри, что ты там увидишь.

Я оценил расстояние от обрыва до валуна и подошёл к кусту, о котором он говорил. Куст рос на самом краю, нависая над глубоким ущельем. Подойдя к краю тропинки, я ещё раз глянул на Давида и сориентировался, смогу ли успеть отскочить в сторону, если он решит подтолкнуть меня вперёд.

— Посмотри, посмотри, только держись покрепче, — повторил он, не глядя в мою сторону.

Я наклонился вперёд и глянул вниз в ущелье. Далеко внизу, на площадке, заваленной крупными острыми камнями, лежало распростёртое человеческое тело.

— Увидел? — спросил Давид Георгиевич.

— Увидел, — ответил я.

— Ну молодец. Вот и выбирай, кто ты будешь такой. Начиная с этого дня ты будешь или сталкивать с обрыва других, или столкнут тебя самого. Ты меня понял?

— Мысль понятна, — кивнул я, выпрямляясь и возвращаясь к валуну, на котором сидел Давид Георгиевич. — Да, только сталкивать не по моей части. Я претендую на то, чтобы находиться в мозговом центре, а сталкивать с обрыва — дело рядовых исполнителей.

Он хмыкнул и глянул на меня с видом, будто разговаривал с неразумным мальчиком.

— Чтобы добраться до мозгового центра, Серёжа, — усмехнувшись, сказал он, — нужно очень много раз побыть исполнителем. И только потом перед тобой откроется путь дальше.

* * *

Мы вернулись в дом, и Давид Георгиевич распорядился, чтобы мне вернули телефон, документы и вещи, а также отвезли в аэропорт. Урок был преподан, и дальше задерживать меня никто не собирался.

Машина на этот раз была другой, мы ехали на стареньком джипе. Я забрался на заднее сиденье, и водитель, один из тех парней, что подсел вчера в машину, повёз меня в аэропорт.

Там я хотел купить билет на самолёт, который отправлялся через полтора часа. Но выяснилось, что на сегодня есть билеты только на вечер, а на завтрашнее утро тоже билеты отсутствовали. Можно было бы дождаться «своего» самолёта, на котором я должен был лететь изначалльно, с Лилей, Ангелиной и остальными гостями, но мне эта идея не понравилась.