Я рассказываю, что принимал участие в строительстве объектов. Мы тогда только-только начинали, совсем зеленые были, юные, зато хорошо подняли бабла.
Малышка начинает говорит, что её папа тоже строил тут. Потом неожиданно замолкает, словно ляпнула лишнее.
Значит папа у нас строитель? Обычный работяга? Или… может строительную фирму имеет? Тут было до хрена самых разных застройщиков, я многих знаю, подрядчиков, субподрядчиков и даже суб-субподрядчиков. После Олимпиады стройка не закончилась, наоборот она только растёт, развивается, за десять лет эти места, сам город, пригороды, Красная поляна, поселки в горах стали совсем другими, разрослись, появились новые.
– Строил, значит, папа? А фамилию не скажешь? Может, я его знаю?
– Не знаешь… – смутилась. Точно папа работяга. И она стесняется?
Ну, а что такого? У нас у самих родоки начинали с низов, пахали, чтобы заработать капитал, потом уже институты позаканчивали, да фирмы пооткрывали, или должности получили.
– Малыш, всё нормально, не хочешь говорить – молчи, потом же все равно узнаю.
– Узнаешь, – как-то очень горестно вздыхает моя принцесса Жасмин.
– Проголодалась, пойдём на ужин?
– Пойдем, а куда?
– Можно в ресторан при отеле, там шикарно. Можно… заказать в номер. Например, клубнику со сливками… Я бы обмазал тебя сливками и…
– И что?
Смотрит своими глазами завлекущими, точно восточная принцесса, красавица моя ненаглядная.
И я смотрю на неё, как дурак. Тону в этих невинных и страстных омутах.
Я… влюбляюсь что ли?
Думаю, об этом, а самого теплой волной смывает, прямо в её огромные зрачки.
Почему бы и не влюбиться? Что-то мне подсказывает, что эта малышка настоящая. Что она не лжёт. Что она будет честной и верной.
Не то что некоторые, охотницы за баблишком.
Моя принцесса Жасмин совсем другая. Так почему же мне не стать для неё не просто первым любовником и покупателем?
Мы можем быть друг для друга чем-то большим, да?
Не могу удержаться и в очередной раз прижимаю к парапету, целую, нагло запуская руку под ткань её милого комбинезона. Очень удобный крой, ладонь беспрепятственно охватывает грудь, пальцы сжимают сосок.
– Ох… Женя… увидят…
– Плевать. Хочу.
– Это…
– Неприлично? Стесняешься, что ли?
– Немного…
Бл*… я не привык к этому. Мои дамы давно уже не стесняются, не умеют, не знают, что это такое!
Да, определенно с малышкой Ясминой мне повезло.
Ужин мы заказываем в номер. Стейк, креветки, которые обожает принцесса. Клубнику, сливки…
Слизывать сладкую массу с её тела мне неожиданно дико нравится. Она хихикает, краснеет, стонет, а потом долго и очень красиво кончает, дрожа в моих руках. А еще чуть позже очень сосредоточенно накладывает ложечкой сливки на мой восставший член.