— Да! Да!!! Радость моя, я так за вас рад! Боги, ты даже не представляешь! Так вот, что я чувствую! А я уже всю голову сломал, что с тобой творится!

— Что? — растерялась.

— Да последние пару дней, — он нервно рассмеялся, — ты у меня как будто двоишься. И чувствую я тебя не в пример острее чем раньше. Да и сам… Не знаю. Сложно объяснить. Как будто могущественнее стал! Знаешь, такое бывало… Давненько. Когда род Ржевских состоял из нескольких мужчин. Словно каждый из них делился со мной толикой энергии. Значит… Ты беременна. Полиночка, мои поздравления. Давно?

Оценил уровень моего смущения и сам хлопнул себя по лбу.

— Всё-всё, вопрос снят. Конечно, недавно. А свадьба когда? Надеюсь, до родов?

— Через пять недель, — проворчала, но с улыбкой, а затем подняла палец. — Но это секрет! Слышишь? Моя беременность. Не хочу, чтобы о ней судачили посторонние. Егор знает, я сказала ему вчера, но другим говорить пока не хотела. Ты же знаешь, я сама всю жизнь росла с клеймом незаконнорожденной, не хочу, чтобы мой ребенок через это прошел.

— Понимаю, Полина. Всё понимаю, — предельно серьезно заверил меня Ржевский. — Я могила! Но теперь, получается, тебе ничем таким заниматься нельзя? Самоубийственным, я имею в виду.

— Нельзя, — вздохнула. — Но мы уже договорились с Егором, что я постараюсь беречься по максимуму. Уровень у меня высокий, стихий хватает. После того, как освоила целительство, так и вообще…

Я оборвала себя на середине фразы, когда в спальню вошли сразу двое мужчин: Егор и Савелий, причем последний нес свой чудо-кейс и выглядел взволнованным. Судя по всему, Егор ему ничего конкретного не сказал, просто позвав с собой, и я невольно улыбнулась.

— Полиночка, вы меня пугаете, — сходу заявил Док, подойдя ближе. — Доброе утро, кстати. Что болит?

— Ничего, — улыбнулась ему. — Чувствую себя как никогда прекрасно.

— В чем подвох? — Савелий посмотрел на меня, на Егора, на Ржевского, который ему учтиво кивнул, и снова на меня.

— Я чуть-чуть беременна.

— О-о…

Стоит отдать мужчине должное — он быстро взял себя в руки, после чего улыбнулся, распахнул свои медвежьи объятия, в которые я со смехом шагнула, и на диво бережно приобнял.

— Поздравляю, ваше сиятельство. Искренне и от души. А меня зачем позвали? Если что, я не акушер. Я с этим делом малость того… Не очень.

— Спасибо, но с акушерством я точно сама разберусь, — рассмеялась снова и глянула на Егора.

Слово взял он. При поддержке Ржевского рассказал обо всем, что мы уже успели обсудить. И свои мысли, и доводы своего знакомого, и мои догадки, и даже предположения призрака. И под конец резюмировал: