— Совсем чисто? — озадачилась, аж слезы окончательно высохли.
— Хм-м… — Ржевский прошелся вдоль окна, старательно морща лоб. — А знаешь, да! Я по медицине выражусь, да? Как будто все гнойники вскрылись и очистились, и больше ни одного не осталось. Пошла… регенерация, вот!
— А вот это интересно, — пробормотала. — Значит, есть лекарство?
— Ты о чем?
— О том, что мир болен, — усмехнулась невесело. — Все эти разломы — это результат глобального заражения. Как ты сейчас выразился — гнойники. Но они не возникают сами по себе. Они не причина, они результат. Но если гнойники на этой территории все вскрыты и вычищены… То зародятся ли снова? Или уже нет?
Поручик молча развел руками.
Вот и я не знаю. Но наблюдение любопытное!
Как бы пообщаться с теми, кто в принципе изучает разломы и пытается хоть немного разобраться в том, что это такое и почему происходит?
Вдруг всё-таки есть лекарство?
Вдруг это лекарство — я?
Глава 2
Даже рассмеялась на эту мысль, но слишком далеко отбрасывать не стала. В самом деле, вдруг так и есть? Я регенерат. Очень сильный регенерат! К чему скромничать? Может именно это влияет на принудительное досрочное созревание аномалий и эффективную чистку пространства? Потому что, если остальные сотни тысяч аномалий созреют только через пару лет, все одним махом и раскроются снаружи, то одной команды «Витязей» уже не хватит. Точно не хватит.
Хм… А ведь версия-то годная!
Вырезать воспаленный аппендикс до того, как он стал перитонитом! И я — катализатор.
Надо только снова посмотреть на мир свысока… Обдумать, понять, проанализировать. Собрать анамнез пациенту по имени Земля!
А потом я спросила:
— Дима, а ты в курсе, что Стужев меня замуж звал?
— М-м, допустим, — последовал весьма уклончивый ответ.
Я аж присмотрелась к гусару повнимательнее, больно уж тон мне показался подозрителен.
— Димочка? Что тайны от своей внученьки? Ты с ним спелся?
— Ты за кого меня принимаешь⁈ — возмутился поручик и даже грудь колесом надул. — Мы, Ржевские, всегда только за своих!
— А он для тебя свой или нет? — продолжала я допытываться.
— Для меня «свой» — ты!
— А он?
— А он… — Призрак снова решил пройтись, причем в дальний конец комнаты, словно не желал отвечать сразу. — А он… Что ты там спросила? В курсе ли я? Да, в курсе. Он обсуждал со мной свои желания на твой счет. Кстати говоря, самые честные и порядочные! Так вот, я считаю, что если ты сама захочешь, то кандидат он хороший. Достойный.
Ответ был на диво развернут, да только не на тот вопрос. Хм-м… Точно спелся. Ох, не нравится мне это!
Но пока поговорим о другом.