Ничего этого Олег не вспомнил, хотя один внимательный взгляд, брошенный на каменную глыбу, мог сказать ему многое. Его больше интересовали сугубо практические вопросы. Причем особенно волновал один: чего бы пожрать? Орехи вещь хорошая, но все же хочется чего-нибудь посущественнее. Жаль, что нигде не виднеется призывно манящая вывеска уцелевшего продовольственного магазина…

– Эй! – прикрикнул он. – Хватит! Надо уходить!

– Подожди! – озабоченно отозвалась Аня, роясь в кучах тряпья.

Арки подошли беспрекословно. Их настолько потрясло изобилие странных вещей, валяющихся мощным слоем на километр вокруг, что они, растерявшись, вели себя на удивление робко, безо всякого азарта выискивая «волшебные вещи». Монгу с грустным видом вертел зеленое бутылочное горлышко, не радуясь чудесной находке, а Эрон задумчиво рассматривал колесную пару от железнодорожного вагона, как бы прикидывая, сколько из нее можно наделать боевых топоров.

Но Аня другое дело: она сейчас была в своей стихии. Девушка ухитрилась собрать груду каких-то грязных тряпок, свертков, коробок, причем явно собиралась все это прихватить с собой. В планы Олега подобное не входило, подойдя к жене, он решительно хлопнул ее по плечу:

– Все, уходим.

Аня секунды две пребывала в задумчивости, но затем до рассудка, отягощенного шопинговыми мыслями, что-то дошло, и она, подняв голову, рассеянно произнесла:

– Что ты сказал?

– Уходим. Все, пойдем, мы не сможем взять с собой эту кучу тряпья.

– Так я рюкзачок нашла! Он грязненький, но ничего, потом можно будет постирать и…

– Аня! – решительно произнес Олег. – Все! Надо уходить. В этот рюкзачок не поместится и двадцатая доля того, что ты насобирала. Да и полезного ничего не вижу: чулки, трусы и всякое мелкое тряпье, даже куртки никакой не видать. Брось все это.

– Олег! – чуть не плача воскликнула Аня. – Сам же любишь красивое белье!

Эрон оглушительно захохотал, да и Монгу оскалился. Олег, с трудом удерживаясь от улыбки, подхватил Аню под руки, приподнял:

– Малышка, я все понимаю, но мы действительно не сможем унести столько вещей. У нас едва хватает сил просто идти. Пойдем, не спорь.

– Ну хоть немножечко! – умоляюще произнесла Аня, заискивающе заглядывая мужу в глаза.

Чувствуя, что еще немного – и под этим взглядом его непреклонность растает бесследно, Олег вздохнул:

– Ладно. Но условие такое: возьмем то, что ты удержишь в ладонях вытянутых рук. При этом никакие сумки не применять и между собой вещи не связывать, а то знаю я тебя. И вообще, дались тебе эти грязные тряпки?!

– Они не грязные, просто на улице долго пролежали, – рассеянно ответила девушка, роясь в груде вещей.