— Командор, докладывают, что после экстренного протокола перегрузки связи, у них есть некоторые проблемы в собственных энергосистемах. Но, по заверению их капитана, будут готовы к бою в ближайший десяток фаз.

— Отлично. Отправьте пару фрегатов в сопровождение. Что с их «Химерами»?

— Считываем показатели. Одна ими потеряна полностью, фиксируем массовую декомпрессию на борту. Есть множественный отстрел спасательных капсул. — не успел связист закончить доклад, как в него вмешался другой офицер.

— Командор, второй носитель отходит от их порядков. Амбр запрашивает разрешение на уничтожение.

— Запрещаю. — мгновенно сориентировался Альберт. — Мне нужны корабли тут. — Всем готовиться к бою.

Словно в ответ по кораблю прошёл единый гул. Энергосистемы усилили работу, тактические сферы загорелись ярче, а офицеры за пультами быстро задвигали руками по консолям.

Мир вокруг приобретал оттенки надвигающейся бури. Везде можно было слышать отрывки докладов, скрежет накатывающихся бронированных переборок. Вся эскадра готовилась к битве.

Никто толком и не понял, в какой момент всё началось, но боевые рубежи начали смещаться, когда пространство вокруг флагманского линкора взорвалось яркими всполохами.

Там, где ещё мгновение назад был мрак космоса, сейчас можно наблюдать огни сотен лазерных трассеров, сопровождаемых энергетическими копьями и плазменными залпами. Эскадры Альберта и Алсара сошлись в столкновении.

Торпедная волна хлынула со стороны Командора, неся смерть вражескому прикрытию, подбирающему спасательные капсулы рядом с разбитой «Химерой». Та медленно дрейфовала в сторону пустого пространства, вращаясь и теряя некоторые секции. Сейчас она походила на мертвого Левиафана. А её обломки тянули за собой шлейф металлического мусора.

— Приказ главным калибрам: огонь! — донёсся голос тактического офицера.

Тяжёлые батареи «Ленсы» и сопровождающих её крейсеров дали синхронный залп. Плазма прожгла космос, тут же врезаясь в ведущий крейсер противника, а именно в «Ультурру». Хоть защита была и меньше, чем у тяжелых линкоров, но она все ещё была на серьезном уровне. Её щиты замерцали, а местами и вовсе пошли трещинами. Но выдержали первый залп, отбрасывая энергию обратно в пустоту.

В ответ пара вражеских крупных кораблей хлестнули собственными орудиями. Пространство между флотами вспыхнуло в сотнях мест сразу, и каждый взрыв отдавался в корпусах судов, похожие на удары гигантского молота.

— Щиты держат! Восемьдесят процентов! — прокричал один из операторов, но его голос дрогнул от напряжения.

Альберт наблюдал за сферой тактической карты. Красные и синие линии кружились в смертельном танце. Каждый знак, каждая метка — это корабль, живая душа, сотни и тысячи представителей Империи.