— Все-все, — замахала руками Наставница. — Я слишком старая и грустная для таких подробностей. Для меня главное, чтобы с тобой все было в порядке.

Несколько часов мы листали плотные пергаментные листы и поражались тому, как все продумано: в каталоге была мебель именно под мои покои.

— А что ты хочешь? — пожала плечами Ринари. — Традиции хороши тем, что упрощают жизнь. Готова поспорить, что мастера заранее получили все необходимые замеры.

Я согласно кивнула. Через несколько минут мне пришлось признать: сделать выбор практически невозможно. Каждый лист таил в себе иллюзию полностью обставленной комнаты. И стоило только подумать: «Вот оно!» — как открывался следующий лист и…

— Метод пальца? — предложила Ринари.

И я, хихикнув, согласилась. Зажмурилась, захлопнула каталог гостиной, затем резко его открыла, просмотрела несколько листов и удовлетворенно кивнула: светлая мебель, цветочная обивка у стен и однотонная у мягкой мебели. Полупрозрачные занавеси и несколько кадок с зелеными растениями.

— Славно, — хлопнула в ладоши Ринари. — Вот тут, в уголке, поставь галочку.

Со своим кабинетом я тоже попыталась разобраться, используя «метод пальца», но выбранный наугад дизайн мне не понравился. Слишком тяжелый и давящий. Следующий угаданный вариант поражал цветом: ядовито-розовые стены, насыщенно-золотая мебель. Бр-р-р.

В итоге мне пришлось несколько раз пересмотреть все варианты и наконец найти лучшее: сиренево-серая обивка стен с одного листа и мебель из черного дерева — с другого.

— Мастера тебе спасибо не скажут, — хмыкнула Ринари. — Но нас это не беспокоит, верно? А спальню ты будешь менять?

— Логично, если мы сделаем это вместе с Даном, — я пожала плечами. — Хотя мне все нравится. Не вижу смысла менять, но… Вдруг это какая-то ужасно важная традиция?

— Кстати, да. Вдруг, если ты ничего не поменяешь, это будет значить какую-нибудь гадость? — кивнула Наставница.

А я, отложив каталоги в сторону, хитро улыбнулась и как бы невзначай спросила:

— Венсар интересный собеседник, не так ли?

Впервые в жизни я наблюдала настолько насыщенный румянец на вечно бледных скулах моей Наставницы. Клянусь, при сильном желании на ее коже можно было бы пожарить яичницу!

— Вредная девчонка, — выдохнула в итоге Наставница. — Ты же не отстанешь, да?

— Я хочу, чтобы ты была счастлива.

Но Ринари покачала головой:

— Он Тень, а я — человек.

— И это стало препятствием для твоих чувств? — нахмурилась я. — Ни за что не поверю.

— Тени не принимают пищу и не нуждаются в воде, но они могут чувствовать. — Наставница устало посмотрела на меня. — Наша любовь будет исключительно благопристойной, ведь мынесовместимы .