Ник поставил на зарядки их телефоны, выключил свет и, чуть подвинув никак не реагирующее тело, устроился под бочок. И сам сразу уснул, так как две ночи плохо спал от того, что её не было рядом.

В шесть утра прозвенел будильник, и Ник проснулся. Кажется, за ночь они даже не пошевелились и спали мёртвым сном в том же положении, как уснули. София удивлённо хлопала глазами.

— Уже что, утро?

— Ага, — улыбнулся Ник, рассматривая заспанное лицо с отпечатком подушки на щеке. И казалось, ничего милее в жизни не видел.

— А у меня было столько планов на вечер… — протянула София, подтягиваясь. — Мне надо на массаж, всё тело как деревянное… А ещё я столько тренировок силы пропустила…

— Тогда идём в зал. Расслабляться не стоит, тем более твой отец согласился на то, чтобы ты участвовала в Алмазном кубке.

— Что? — сон с Софии словно рукой сняло. — Правда?

— Ага, мы с Тимуром совместно уговорили его на воскресном завтраке.

— О, который я пропустила? — кивнула София и встала, собираясь на тренировку.

Как бы Нику не хотелось понежиться в постели, он тоже пошёл умываться и готовится к спаррингу, несколько месяцев — это не так много для подготовки к соревнованиям мирового уровня. Тут реально каждый день на счету.

Так что с поцелуями и обжиманиями он оторвался по дороге в гимназию.

— Ого, а быстро наш Головин подсуетился, — вырвалось у Ника, когда они приехали и вошли.

На входе в гимназию была этакая «аллея славы»: доски с почетными выпускниками по стенам, информация о истории возникновения, бюст императрицы Евдокии, считавшейся основательницей. Чуть дальше в коридоре стояло несколько узких стеклянных витрин с разными кубками и наградами за всякие состязания, в основном что-то очень крутое и актуальное, то есть чаще всего недавнее. У «императорки» ещё имелся реальный «музей гимназии», где хранилось всякое, связанное с наградами за что-нибудь, ну а в холле выставляли то, чем можно прихвастнуть всяким гостям и меценатам. И вот свои кубки девчонки взяли в выходные, а в понедельник утром они уже стояли в центральной витрине с крупной фотографией команды.

— Ни фига себе оперативность, — присвистнул Ник. — О, а на фотке и Катя Алексина есть.

— Да, я попросила, чтобы использовали фото, которое мы сделали ещё на отборе. Это и её победа тоже, — ответила София.

— Наверняка ей будет приятно, я же, кстати, проведывал её в больнице. Точней, я с Тимуром. Её положили туда же, где он лечился.

— Ох, правда? Мы как раз с девчонками договорились после уроков к ней съездить проведать и всё рассказать. Как она?

— Мы в субботу её навещали с Тимуром, она вроде нормально себя чувствовала, ну… Относительно. Трещина в черепе у неё и сотрясение было, сказала, что наблюдают за ней.