Постоянного вещания в сети не было, мы находились на военном корабле, однако, после жалоб пассажиров командиру на информационный голод, связисты начали выкладывать в неё записи касающихся «Дела 'Вероники» сообщений информационных агентств. Через некоторое время дополненных ток-шоу, авторскими программами и прочим подобным дерьмом.

Кто бы не сливал фактуру под эти передачи, он либо сделал состояние, либо кусал локти по упущенной возможности его сделать.

Наблюдать как приглашенные эксперты и ведущие все постепенно разогревают публику было даже забавно. Но не могу сказать, что не грело самолюбие. Причем не толь мне, но и малышке Бунко. Та радовалась за меня так, словно это её саму возносили к вершинам славы. По ее предположениям, медийщикам уже слили даже ориентировочную дату возвращения выживших пассажиров «Вероники» к цивилизации.

С последним флот не особенно торопился. Дав людям, время прийти в себя, следственная группа крайне плотно взялась за них. Возможно, задержка объяснялась отсутствием специального программного обеспечения и оборудования, позволяющего восстанавливать информацию на мёртвых инкомах. Последняя услуга небедным людям в информационном мире в основном предоставлялась искинами, они давали гарантии конфиденциальности. Однако, обеспеченных людей на лайнере выжило мало, в то время как почти все остальные особых иллюзий по значимости своей личной информации не питали, и случаем восстановить функциональность индивидуальных компьютеров бесплатно воспользовались с удовольствием.

Я счел свой гражданский долг выполненным сбросом данных с своего инкома за всё время нахождения на борту лайнера. Обработкой концовки не заморачивался, просто подрезал запись посреди фразы, сославшись на сработку антивирусника и последующую полную проверку систем с автоматическим включением «спящего режима» компьютера по её завершению. Детям повторить свой гражданский подвиг не дал, разрешил скинуть только записи последних минут перед нападением, не поленившись предварительно просмотреть всё ими сбрасываемое до последней секунды.

Мои новые друзья, так и не раскрывшие фальшивость моего ID, приняли это дело с приятным пониманием.

Между делом, в общении с ними выяснилось, что из собранных пиратами в «Сегуне» пассажиров лайнера, выжил я один. В частности, мой недолгий хороший знакомый, лейтенант Вестфален, погиб в расстрелянной контрабордажными автоматами спасательной капсуле. Из всех стартовавших с лайнера, их уцелело всего лишь три штуки, из которых избежала попаданий снарядов одна. Стюард с лайнера, спасавший три семьи с детьми, был снят с одной из двух поврежденных капсул седым — люди шестеро суток выживали там в скафандрах, без гравитации и большей части электрооборудования.