Они вышли на улицу, пытаясь «застолбить» место у неоновой вывески. В этот момент из тумана, кашляя и дергаясь, выкатился серебристый «Лотос».

— Глянь, Вив! — присвистнула Кит. — Этот парень либо безумно богат, либо украл эту реликвию у планетарного губернатора. Это наша квартплата на год вперед! Иди, заведи его двигатель!

Вивьен расправила плечи, изобразила на лице самую порочную и одновременно невинную улыбку, на которую была способна в этом забытом Богом месте, и зашагала к остановившейся машине. Эдвард Льюис, Арбитр Императора, чертыхаясь, пытался понять, как заставить эту «железную колесницу» ехать назад, не замечая, что в окно его судьбы уже стучит та, что изменит его жизнь навсегда.

Сидя в тесном кокпите «Лотоса», Эдвард Льюис не видел приближающуюся Вивьен. Его внимание было поглощено приборной панелью, где тускло мерцали руны активации древнего механизма.

— Ну же, дух машины, не упрямься! — цедил он сквозь зубы, пытаясь совладать с рычагом. — Первая передача должна быть здесь... если архивы не врут.

С тех пор как он покинул висячие сады Стаки в Верхнем Шпиле, он окончательно сбился с курса. Каким-то чудом он миновал мосты сектора Альфа, но у Собора Святого Капитолия свернул не к элитным кварталам аристократов, а в прямо противоположную сторону — туда, где неоновые огни сменялись копотью мануфакторумов.

Проспект Императора, бульвар Погибели, улица Железных Риттуалов — названия секторов мелькали перед глазами, но ни одно из них не приближало его к цели. Он понятия не имел, как выбраться из этого лабиринта стали и бетона.

Двигатель то и дело глох с предсмертным хрипом, когда Эдвард забывал выжать сцепление. Или же машина рывком бросалась вперед, подобно штурмовому болту, когда он слишком сильно давил на газ. Арбитр начал всерьез опасаться за сохранность своей легенды: супербогатый наследник торговой династии не должен выглядеть как кадет, впервые севший за руль гражданской тачки.

Наконец он затормозил на тихой, плохо освещенной улице, где стены домов были покрыты слоями старых агит-плакатов и колючей проволокой. На тротуаре копошился в баке для отходов какой-то оборванец — скорее всего, недобитый мутант или отброс из подулья.