— Все равно высоковато… — упрямо проворчал Витковский.

Рысь, Лось и Песец стояли на кирпичном бордюре крыши «Кэпитал Билдинг» и смотрели вниз, на видневшееся далеко внизу стеклянное кружево тропических оранжерей, венчавшее крышу «Каперони Инкорпорейтед». Все трое были одеты в черные глухие диверсионные комбинезоны, оставлявшие открытыми только глаза.

— Что за глупости, Казимир! — возмутилась Света. — Кто не рискует, тот не пьет кофе из китайского фарфора!..

— Да мне и из пластиковых стаканчиков было неплохо, — буркнул Лось.

— Все в порядке, Горностаи, — проговорил Пестрецов. — Напоминаю, что дело это сугубо добровольное. Вы уже сделали больше, чем могли и должны были. Я никого не собираюсь посылать на смерть. Это личное дело каждого.

— Брось, командир, — отмахнулся Казимир. — Должен же я сказать какую-нибудь гадость перед операцией. Это добрая традиция и хорошая примета…

— Ладно, — кивнул Родим, не желая вступать в долгие препирательства. Он по-прежнему неотрывно смотрел на крышу «Каперони Инкорпорейтед», сжимая в руках небольшую серую коробку. Точно такие же коробки были в руках у остальных членов команды. — Готовы, бойцы?

— Так точно, — откликнулась Рысь.

— Всегда готов, — буркнул Казимир.

— Пошли!

Они одновременно резко оттолкнулись от бордюра и взмыли в воздух. Долю секунды казалось, что они устремятся в небо на невидимых крыльях, однако затем планетарное тяготение все же перебороло тягу к полету, и трое Горностаев начали синхронно падать вниз, чуть расходясь в стороны, словно выступающие командой прыгуны в воду.

…Три мощных взрыва, практически слившихся в один, сотрясли этаж, и где-то далеко, за множеством стен, послышался глухой звон множества обрушившихся стекол.

— Черт возьми! — Каперони вскочил, приоткрыл дверь кабинета и высунул голову в приемную.

Маккейн с досадой отставил бокал, половина содержимого которого в результате сотрясения пола оказалась у него на брюках, промокнул колени салфеткой и устремил выжидающий взгляд в спину благородного дона, оживленно общавшегося с референтом.

— Может быть, нам лучше спуститься в убежище? — поинтересовался разведчик, когда пауза затянулась. — Вам не кажется, что здесь становится несколько жарковато?

— Нет-нет, ничего страшного! — оптимистично улыбнулся дон Гвидо, возвращаясь на место. — Это всего лишь агония Саггети. Все в порядке, никакой опасности нет. Больше им не удастся ничего сбросить на нашу крышу: я распорядился поднять в воздух три боевых катера и патрулировать окрестные небоскребы. В любом случае это место совершенно безопасно — мой кабинет выдержит даже прямую бомбардировку. Считайте это просто небольшим салютом в честь нашей общей победы.