Я изготовился на производство клинка. Что если швырнуть его, разрубит ли он РБК напополам? Сейчас узнаю…

Реальность снова ударила меня, чтобы привести в чувство. На этот раз — пулями снайперской винтовки.

Сразу три глухих удара по голове вынудили меня залечь в грязь. Я с недоумением отметил сильнейшее падение прочности УниКома.

УниКом: «Дефенсива».

Прочность: 983 / 2 048

Неужели устаревшее кинетическое оружие опаснее энергетически модулируемого? Но что удивительного? Ведь древний способ записи на магнитную плёнку обошёл все хаки Марьям, позволив Стар Рику записать наш разговор.

Ещё несколько гулких винтовочных выстрелов сбили с меня не только всю самоуверенность, но и ещё пару сотен единиц прочности.

Спецрежим «Импульс» восстановился только до половины, но ждать некогда. Вскочив на ноги, я бросился бежать. Выстрелы снайперов и град синих росчерков от пушек РБК преследовали меня до тех пор, пока я не оказался под прикрытием зданий.

То ускоряясь в импульсе, то снова замедляясь для кулдауна, я покинул территорию стойбища и направился к точке сбора.

#

Вертушка доставила нас на тот заброшенный аэродром, с которого забрала. Там уже поджидала орда машин — банда чингизидов.

На вертушку тут же взобрались врачи и втащили аппарат поддержки жизни. Подключив к нему Чину, дали приказ на срочный взлёт.

Вертолёт взмыл в небо, болтая неубранными тросами и верёвками, а все машины одновременно заревели двигателями и разъехались.

Я и Нейля остались вдвоём в центре пустой взлётной площадки.

— И не благодарите, — иронично крикнула Нейля вслед уехавшим.

Всё это произошло так быстро, что я усмехнулся:

— А эти кочевники точно не синтезаны?

Как в старые добрые времена, которые были всего пару недель назад, я и Нейля побежали по степи до границы.

Бежали мы молча, но во время первого привала Нейля рассказала мне, что Чингиза должны доставить в элитную клинику Китайского Казахстана, где его обязательно вернут к жизни.

— Иронично, — отметил я.

Ещё Нейля поведала, что Чингиз Жумабай — не просто кочевник, а член богатой семьи. Учился в Кембридже и каком-то японском университете, который сейчас популярен у мировой элиты.

— Зачем же этот отпрыск принцев катается по радиоактивной степи, разыгрывая повстанца? — удивился я. — Кроме того, я не знал, что для крышевания контрабанды необходимо учиться в Кембридже.

— У Чингиза свои убеждения. Тебе их не понять.

Нейля говорила о нём с такой теплотой, что я не удержался от сарказма:

— Когда свадьба?

— Мы это ещё не обсуждали, — задумчиво ответила Нейля. — Сначала надо познакомиться с его родителями.