Ну, в принципе, да. Если он столько стоит, то тут действительно, смысла нет. Сняться в рекламе, получить за это деньги, потом купить синтезатор. Или, сняться в рекламе и получить синтезатор. Во втором случае выпадают деньги и поиск с покупкой с рук. Поручить кому-то найти и купить инструмент, не получится, каждый вариант придётся смотреть самому. На сколько это растянется и когда будет результат — неизвестно. А работать нужно прямо сейчас. Единственно, один вопрос…

— Директор ЮСон, а то, что фирма-рекламодатель — японская, это ничего? — спрашиваю я и уточняю, что имею в виду. — У нас же сейчас с Японией не очень. Да и потом, я же военнослужащая корейских вооружённых сил?

В ответ на мой вопрос директор крепко задумывается. Похоже, такой вопрос вчера не рассматривался от слова «вооооще» … Интересно, что он такое пил с японцами, что ему это в голову не пришло? Тёплое саке? Какая гадость, это ваше тёплое саке…

— Не думаю, что это как-то негативно отразиться на деятельности агентства, — наконец глубокомысленным тоном отвечает ЮСон. — Больше будет потерь, если будут сорваны уже подписанные сроки. Времени и так в обрез, а если ты не будешь работать из-за отсутствия музыкального инструмента… это вообще сейчас не допустимо! Так что, не беспокойся. Если будут проблемы, я их решу.

— Хорошо, господин директор, — отвечаю я. — Большое спасибо, что вы так заботитесь обо мне. Когда у меня будет синтезатор?

— Ммм… — с напряжением в голосе мычит мне в ответ начальник и после паузы, обещает. — Я скажу, когда его привезут.

Похоже, директор «оторвался» вчера ещё более круто, чем я предполагал. Ничего не помнит.

— И давай, завтра всё, в агентство, — даёт мне указание ЮСон, видимо желая «затереть» свои огрехи в моей памяти. — Ты мне нужна тут. Нужно работать.

— Но господин директор, я же раненая? — удивляюсь я этому указанию. — У меня — ватка в ухе!

— Ватка в ухе? — переспрашиваешь ЮСон.

— Да, — говорю я.

— Ну так вытащи её и всё! — командует он.

— Ага, — говорю я. — Чтобы слух потерять? Я и ушами, и руками зарабатываю. Мы же первым меня из агентства выкинете, если я оглохну!

— С чего это мне вдруг делать? — удивлённо вопрошает ЮСон тоном, типа — не, не, я не такой! Я хороший!

— Ну не вы, так президент СанХён, — говорю я. — Он мне сказал, что если я не смогу что-то делать по состоянию здоровья, он меня тут же выгонит!

— Я не такой жестокий как президент СанХён, — уверяет меня ЮСон.

Да, конечно, так я и поверил.

— Кстати, господин директор, как дела у президента СанХёна? — спрашиваю я. — Столько событий происходит, что всё забываю спросить. Даже неудобно.