— Раскомандовался тут, — проворчал Готж, мельком покосившись на клочок бумаги, который я бросил перед его носом. — Давай уже, проваливай. Нечего мне мусорить в кабинете.

— Так ты поможешь или нет?

— Посмотрю, что можно сделать.

— И на том спасибо, — ухмыльнулся я и только тогда ретировался.

Йен встретил меня, сидя за столом, как Готж — зарывшись с головой в бумаги. И, надо сказать, выглядел он неважно: бледное лицо с капельками пота на висках, болезненный румянец на заострившихся скулах, лихорадочно блестящие глаза… ему было настолько нехорошо, что, когда я вошел, Йен даже не кивнул. Только устало вздохнул и с укором спросил:

— Рэйш, ты смерти моей хочешь?

Я удивился.

— В каком смысле?

— В прямом. Ты хоть представляешь, что начнется, когда все вокруг начнут думать, что ты кого-то убил, а Управление тебя покрывает?

— Я убил? Йен, ты о чем?

— О тебе, — с досадой отозвался начальник сыскного Управления, раздраженно смахнув пот со лба. — У нас же не город, а большая деревня! В одном углу испортят воздух, в другом тут же поморщатся… как думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем дежурный растреплет о записке остальной страже? И сколько из них распустят языки, даже не поняв, о чем идет речь? Да через пару дней весь Верль будет судачить об убийстве купца, к которому ты якобы приложил руку! А бургомистр опять вызовет меня в ратушу и потребует объяснений, в очередной раз намекнув, что ты работаешь без должного оформления!

Я фыркнул.

— По закону, лицензия магу Смерти требуется только на частную практику. А я числюсь внештатным сотрудником городского Управления сыска, так что пусть бургомистр закроет рот, если не хочет, чтобы я заткнул его насильно.

— Господин Норриди? — вдруг пискнуло у меня за спиной, и в приоткрытую дверь, которую я не удосужился захлопнуть, заглянула испуганная физиономия мальчишки-писаря. — К вам посетитель!

— Закрой дверь и подожди в коридоре, — ледяным тоном отозвался Йен, воткнув в побледневшего пацана раздраженный взгляд. А когда Чет поспешно отпрянул, со страдальческим видом повернулся ко мне. — Ну что, доволен? Неужели так трудно хотя бы иногда держать язык за зубами?

Я развел руками, не став говорить, что за чужую глупость не в ответе, а Йен отвернулся и, в очередной раз смахнув выступивший на лбу пот, хмуро велел:

— Докладывай, что у тебя.

Я взглянул на его изможденное лицо, но с советами лезть поостерегся и просто вкратце изложил, где и в каком виде нашел пресловутый труп. О гулях, естественно, распространяться не стал, о своих собственных трудностях тоже не упоминал, а вот разговор с Нииро касательно старых убийств изложил в подробностях, успев закончить к тому моменту, когда дверь кабинета снова распахнулась, и на пороге возник мрачный, как грозовая туча, Готж.