Несмотря на все попытки американцев достать его флагман, они все же смогли. Восемь часов огненного ада. Два десятка снарядов, попросту уничтоживших корму и выведших из строя кормовую башню, так что последний час отстреливаться приходилось из одной единственной шестидюймовки правого борта, поскольку ее товарку по левому борту выбили удачным выстрелом еще на полпути. Пятеро убитых и семнадцать раненых. Но корабль выдержал, хоть под конец скорость и упала до 16 узлов — что люди, что техника, не смогли выдержать столь напряженного и столь продолжительного забега.
К тому моменту как на внешнем рейде русской угольной станции застопорил ход и бросил якорь "Кристобаль Колон", здесь, у выстроенного на скорую руку пирса, уже покачивались на волнах, активно принимая уголь, оба уцелевших минных крейсера миноносец. А вот малые крейсера должны были подойти дня через два — слишком тихоходны они оказались, чтобы угнаться за миноносными кораблями и потому отделились от отряда еще по выходу из Манильского залива, взяв курс к острову Миндоро, чтобы обойти тот вдоль восточного побережья.
Но не одними испанскими кораблями полнилась бухта. Покачивающиеся на волнах пароходы, еще недавно ходившие, как под испанскими, так и под американскими флагами, ныне несли за кормой русский торговый триколор. Если международные законы запрещали находящимся в состоянии войны странам, как покупать, так и продавать, боевые корабли, то с гражданскими судами они могли делать все, что только пожелают. Потому, сперва все пароходы некогда ходившие под флагом частного пароходства "Иениш и Ко" вновь вернули себе привычное знамя, а после к ним присоединились взятые в качестве трофеев — в счет погашения испанского долга. По этой же причине по окончанию войны должны были вернуться под привычный флаг оба уцелевших минных крейсера. Но до тех пор кораблям предстояло провести некоторое время в новой колонии Германии, которой вместе с большей частью полученных от Испании территорий был передан и остров Корон, с сохранением на нем автономной зоны для русской угольной станции, благо источников пресной воды, столь же необходимой пароходам, на этом острове тоже имелось в достатке.
Глава 8. Для нужд Дальнего Востока.
Кораблестроительная программа "Для нужд Дальнего Востока", хоть и датировалась в официальных документах 1898 годом, вошла в фазу активного обсуждения на самом высоком уровне еще в середине 1897 года. А до этого стала основанием снятия с должности прежнего управляющего морским министерством — адмирала Чихачева, видевшего главный вектор развития флота в противостоянии западным соседям — конкретно, Германии. Сменивший же его вице-адмирал Тыртов не стал противиться хорошо читаемому желанию императора максимально усилить флот на Дальнем Востоке, тем более что и сам он относился к партии сторонников именно данного шага. Дело оставалось за "малым" — решить, что строить, когда строить, где строить и кто за это расплачиваться будет. Точнее, кто будет платить, было ясно всем — казна. Но вот откуда в этой самой казне смогут появиться дополнительные десятки миллионов рублей, потребных для значительного усиления флота, пока оставалось не ясным. Зато, едва ли не впервые в жизни, имелось понимание того, исходя из каких задач, требовалось рассчитывать будущий состав, по сути, нового, Тихоокеанского, флота. Более не было нужды тыкать пальцем в небо и вглядываться в кофейную гущу. И пусть генерал-адмирал все так же куда больше смыслил в балете и ценах во французских ресторациях, нежели в потребных его стране кораблях, его старший брат, занимающий должность правителя Российской империи, ныне имел четкие представления. Данные из грядущего, подкрепленные теоретическими и даже практическими изысканиями ряда офицеров, позволяли надеяться, что на сей раз все корабли нового флота поспеют к началу войны с Японией, которая, получив от Китая контрибуцию и торговые привилегии, с удвоенными силами взялась за строительство броненосного военно-морского флота.