Наверное, похожую уху ел в давние времена, подумала навязчивая барыня и тоже улыбнулась. Но не выдержала и едва наклонившись вперёд прошептала:

— Это не завод, это карьер…

— Что это значит? Вы думаете, я интересуюсь такими приземлёнными вещами, как завод или карьер?

— М-да! Если в этом карьере есть много золота, но увы, оно заколдовано. Однако золота столько, что хватит и нам, и нашим голубкам, и вам на столетия безбедной жизни. И как, мне кажется, мой брат уже готов поделиться, если вы не станете забирать у него жену. Да и вам это не выгодно. Мы теперь близкая родня, какое-то право в любом случае имеем на сии разработки. Единственное в бумагах указан песок, а надо подать на лицензию прииска. Уж с вашими связями…

Она говорит так уверенно и просто, словно биржевой маклер, причём прожжённый и учуявший неслыханную прибыль в своём кармане.

Князь не смог удержать маску безразличия и выдал заинтересованность…

— Золото? И он так просто решил отдать целый прииск только лишь за право называться её мужем?

Довольная Елена кивнула.

— Не верю или вы, сударыня в чём-то заблуждаетесь или хотите меня обмануть, или на золоте какое-то заклятье, что им невозможно пользоваться. Нет, не буду даже уточнять детали вашего заманчивого предложения.

— Но вы же из княжеского рода, для таких, как вы снять какое-то там примитивное заклинание — раз плюнуть, ой, простите. Я уже была сегодня на прииске, но могу ещё раз съездить, но на вашей карете, взгляните сами, прикинете силы и возможности. Всё проще торговаться с зятем, зная его козыри. Увы, моих способностей, раскусить это место не хватает. Но там совершенно точно есть на что посмотреть.

Князь сделал вид, что пропустил мимо ушей заманчивые слова новой «родственницы» и принялся за остывающую уху.

Подали второе, деревенского вида рыбные котлеты с разваристой гречневой кашей и сметанным соусом, совершенно выпадающим по вкусу из общего букета деревенской еды. Его словно приготовили в каком-то ресторане и подали в небольших стеклянных соусницах, совершенно по-деревенски, не придавая значения ценности утончённого блюда.

— Очень вкусно, надеюсь, вы не побрезгуете нашей простой, деревенской едой. Но послушайте, понимаю, что вы устали, понимаю, что дело к вечеру, однако…

В этот момент Елене показалось, что в комнате трётся рыжая кошка, какой здесь вроде как нет. Повернула голову и замерла от ужаса, но вилочкой показала на угол, где действительно сидит кошка, но сияющая, состоящая из золотых песчинок, стоило поражённым людям заметить призрачное животное, видение рассыпалось.