— Хорошо, в чём подвох?

— Люди приходят на карьер, находят настоящее золото, забирают и стоит им перешагнуть границу твоих владений. Песок снова становится самым обычным. Некоторые уже приходили, совесть потеряли, нас же обворовывают, и нас же обвиняют в бесстыдном колдовстве.

— Это какой-то морок? — я пытаюсь не потерять самообладание, большего абсурда и представить невозможно.

Хотя, даже сейчас на вскидку, если это и какой-то обман, то вполне дельный. Действительно, если завод — развалюха, а покупателю наврать, что ценность в самом песке, стоит только официально купить участок. То в таком случае да, всё сходится. И даже избиение бывшего хозяина этого тела вполне оправдано, за золотой прииск могли и убить.

Единственное, не понимаю, как такое вообще возможно, но почему-то, глядя на жену, чувствую, она сама не знает ничего про этот проклятый песок.

— Ты у нас магией баловался, откуда мне знать? — ответила и её ресницы дрогнули. Врёт, сто процентов — врёт и не краснеет, меня же в колдовстве и обвинила.

— Вот те раз. Я? Ты что такое говоришь, женщина, будь я хоть немного знаком с магией, нашла бы ты меня в том ужасном состоянии? Сдаётся, что это твоих нежных рук дело. Требовала от меня произнести на каком-то тарабарском языке клятву. Похоже, что Елена остаётся у нас, пока ты не признаёшься.

— Ты первый взвоешь от её присутствия. Она со мной даже общаться не будет, а тебя изведёт вопросами про песок.

— Принеси мне одежду, сейчас же. И что-то перекусить, далеко этот завод?

— Полчаса трястись в карете, и кухарка заканчивает печь блины, твои любимые, между прочим, — она бесстрастно ответила и, наконец, выдернула свою руку, встала и достала из небольшого шкафа стопку мужского белья, и костюм с длинным пиджаком. — Одевайся, раз тебе так хочется, всё увидеть своими глазами, я не против. Там, наверное, и сейчас полно искателей сокровищ. Встретят тебя и побьют палками и лопатами, на нас все злые, тебе лучше спрятаться и не выходить из дома.

Она произнесла эти слова с таким видом, словно устала меня в чём-то убеждать и уговаривать и отпускает на все четыре стороны за новой порцией шишек и тумаков.

Меня изрядно пошатывает, однако лежать в постели не могу. Что-то происходит и почему-то кажется, если сам увижу всё в реальности, то это поможет вспомнить хоть какие-то события.

— Я поеду с Еленой, если ты, моя дорогая, не возражаешь. Но перед тем как нам уехать, прошу, ответь на второй вопрос, какую клятву ты с меня взяла? Я должен быть тебе верен? Я должен тебя содержать до конца дней, любить, страдать по тебе? Ты же понимаешь, что клятва, полученная в таких обстоятельствах, легко оспаривается…