Место действия: Москва.
Время действия: январь 1617 года.
Дарья Кирова, товарищ(заместитель) ректора Московского университета.
Кроме обучения царского наследника, у меня куча дел в Московском университете (заседания, диспуты, лекции). А ещё на меня «повесили» открытие московского театра на Красной площади. Три года назад в Москву приехала часть труппы сгоревшего лондонского театра «Глобус». Погорельцы получили жильё и жалование. Показывали пьесы Шекспира на английском языке и параллельно учили эсперанто и русский. Кроме того, в театр набрали русских актёров из бывших скоморохов. Для них давать представления перед народом — не в диковинку. Я перевела на русский несколько пьес Шекспира, которые и планировалось давать в театре после открытия.
Вот последняя репетиция перед дебютным спектаклем русских актёров…
Со сцены несутся громкие реплики «Катарины и Петруччо»(с нашим -тыканьем и иностранным выканьем):
— День добрый, Катя! Чудо, а не имя!
— У вас со слухом что-то! Катариной звать меня, не Катькой.
— Но, звать я буду Катей, как ласковую Кошку, что будет ластится ко мне.
— Ты туп, как стул. И не по нраву мне.
— Садись же на меня! Я понесу тебя по жизни.
— Страшусь сидеть я на таком осле!
— Ты, как пушинка. Нужно откормить!
— Чтоб стала я коровой? Да не в жизнь!
— Болтай, что хочешь. Выйдет, как скажу!
— А вот не выйдет… Я не захочу! Ты, как медведь… Меня раздавишь!
— Ты, как оса… Меня ужалишь!
— Коль я оса — остерегайся жала.
— А я его возьму да вырву прочь.
— Сперва найди его.
— Да кто не знает, где скрыто жало у осы? В хвосте.
— Нет, в языке.
— А в чьем, скажи?
— Дурак! В твоем, раз о хвосте сболтнул.
— А ты заноза! Непросто будет приручить. Но способ знаю я — постель!
— Петруччо, даже не мечтай! С тобой не лягу!
— Спать будем вместе. Крепко обниму! Ты обо всём забудешь, дорогая!
— Со мною ты не будешь спать, ведь под тобой проломится кровать!
— Тебя одену я в шелка и бархат и буду наслаждаться чудом красоты! И раздеваньем чуда!
— Нет, не болван я для чужих нарядов. Надену то, что любо не для Вас. И не сниму по Вашему приказу!
— Катюша, птичка, снимешь на три счёта. Ты как курсант к отбою станешь раздеваться!
— На «ты»?… Что ж, ты покажешь мне, как нужно раздеваться? Коль за минуту ты окажешься в исподнем, то поцелую я куда захочешь, котик!
Петруччо быстро раздевается и спрашивает:
— Ну что? Успел? Минута не прошла? Целуй в уста скорей! Нас ждут к началу бала! Мы спустимся, чтоб вместе заблистать!
Катарина выбрасывает в окно верхнюю одежду Петруччо.
— Пойдём блистать! Сорочка, панталоны… Как будто ты с постели встал с восставшим жезлом!