Тут Влад осмотрел всех. Да, они не специалисты в истории. Но иногда бывает так, что именно не специалист может посмотреть с той стороны, которая постоянно варящимся в проблеме людям даже в голову не придет.

— Кстати, хотелось бы призвать всех, — произнес Владислав. — Да, пока все это не касается той сферы, в которых вы профессионалы. Но ваше мышление, как людей науки, применимо и тут.

Влад снова посмотрел на Романа, который слегка скривился.

— Роман Викторович, — пригласил он парня к беседе. — Если вы опасаетесь порицания со стороны официальной истории… То правильно опасаетесь. Николай Петрович и Климент Алексеевич для этого и приглашены. Но высказывать свои версии вы… обязаны. Если вы не хотите этого делать… публично, тогда мы можем поговорить наедине…

Влад специально сделал небольшую паузу…

— Я понял, — «рубанул» Комлев. — Хорошо…

Он вздохнул, обвел сидящих за столом мрачным взглядом.

— К вопросу о подлинности Венского Копья, — произнес Роман. — Если рассуждать с точки зрения эзотериков…

Перов в этот момент шумно вздохнул. Комлев стиснул зубы. А Влад, смотря на него, стал кивать и сощурился, показывая, что очень внимательно слушает.

— Так вот, — Роман дернул щекой. — С точки зрения эзотериков, совершенно не важно, сколько этому копью лет и кого им убили. Важен эффект. Люди, смотрящие на копье, верят, что им убили Христа. А значит, тот, кто практикует… ему уже не важна история артефакта, потому что в нем есть сила, которая нужна.

— Значит ли это, — тут же заговорил Влад, не давая возможности остальным прокомментировать. — Что копье, которое сейчас хранится в Вене, является тем самым артефактом, который нам нужен? Если в него верят, то оно то самое копье, верно?

— Вопрос в том, сколько, в смысле лет и в смысле людей, в него верили, — ответил Комлев. — Насколько я знаю, Венское Копье сейчас вообще не ценится в Этих кругах. Впрочем, как и армянское, и ватиканское. Это, так сказать, муляжи. Должно пройти очень много лет, чтобы они приобрели какие-то свойства.

— Это серьезно⁈ — все-таки выдал Перов и, сложив руки на груди, обвел взглядом присутствующих.

— Николай Петрович, — скучающим тоном произнес Влад. — Вы можете объяснить с точки зрения науки, рисунок Надежды?

Влад тоже обвел взглядом присутствующих.

— Быть может, кто-то другой сможет это объяснить? — спросил он. — Я вот просто принял существование данного феномена. Господа, этот мир, вопреки постулатам фундаментальной науки, не так прост, как видится. Например, теория относительности, которая дала больше вопросов, чем объяснений. Наша задача очень сложна. Это поиск иголки… на дне Марианской впадины.