Но допытываться я не могла, а Вейнанд был не из тех, кто готов был делиться своими волнениями и переживаниями.

В этом мы были похожи.

В доме церемонно попрощались. Тесса поблагодарила его светлость за то, что сопровождал нас на этот, выражаясь её словами, чудесный вечер. Я тоже что-то промямлила, как обычно, стараясь не смотреть на генерала. Так и расстались… Он отправился к себе в кабинет, а я наверх, волоча за собой изрядно подмятый шлейф.

Скорее бы снять джарово платье.

— С завтрашнего дня должны начать поступать письма от шейров, на которых ты произвела впечатление, — поднимаясь вместе со мной, сказала тётя и, тихонько хихикнув, закончила: — А так как ты, моя дорогая, произвела впечатление на весь дворец, генерала ожидает весьма «увлекательное» воскресенье наедине с корреспонденцией.

Главное, чтобы не со мной. Я хочу спокойно провести выходной, а не сгорать снова и снова под его взглядами.

Подумав так, тяжело завздыхала. Глупая, глупая Лайра.

В спальне меня ждала Морри, готовая забросать тысячью вопросов. Судя по нездоровому блеску в глазах служанки, ей не терпелось узнать всё. Сколько раз и с кем я танцевала, как выглядит дворец, какие угощения и напитки подавали… Вот только строгий взгляд Тессы приглушил её ажиотаж, и Морри, тяжело вздыхая, стала помогать мне избавиться от платья. Пока раздевалась, почему-то думала о генерале и его реакции на моё уединение с Торнвилом.

Честь мою блюдёт или…

— Эшвар во дворце не появлялся? — спросила Тесса, когда Морри переключилась на мою причёску. Я сидела перед зеркалом в сорочке и панталонах и снимала с себя украшения.

— Нет, в последний раз я видела его утром.

— Мог бы хотя бы поинтересоваться, как всё проходит… — Тесса громко вздохнула, безмолвно сетуя на безалаберного фамильяра, а поцеловав меня, сказала: — Отдыхай, родная. Завтра продолжим разговор.

Вскоре ушла и Морри, пожелав мне спокойной ночи. Забравшись в кровать, я закуталась в одеяло, прикрыла глаза, чувствуя, как сонная хмарь начинает заполнять мой разум.

Сон… вот что мне сейчас надо. Забыться, убраться из этого мира. Вернуть себе силы…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сбежать…

— Просыпайся, Лайра…

Что-то гладкое и прохладное назойливо тыкалось мне в щеку.

— Просыпайся, деточка…

Нет, не хочу возвращаться…

— Лайра, да проснись же! Я, кажется, нашёл нашего дурня!

Дурня?

В одно мгновение я открыла глаза и, резко сев на постели, уставилась на Эшвара.

Думаю, не стоит уточнять, что ото сна не осталось и следа. При мысли о том, что Рифер жив и хранителю удалось его почувствовать, сердце пустилось в радостный галоп.