Тот уже вернулся и во всю развлекался, изображая из себя живую птицу. Влетев в окно, уселся на подоконник, делая вид, что заинтересовался каким-то мусором, и разглядывал его то одним глазом, то другим, и даже что-то сказал по-птичьи!

…Знал бы в тот момент, что еще долго не смогу обратиться к планшету, плюнул бы на все, и шерстил логи дальше. Но я отвлекся от журнала заданий и с удовольствием наблюдал, как мой ИИ имитирует то ли попугая, то ли сороку, наклоняя голову вправо-влево и поклевывая что-то в мусоре.

«Вот поганец!» — с гордостью за собственную нейросеть оценил совершенство работы. И прикрикнул:

— Ну хватит уже, артист. Мне нужен отчет!

— В километр-ре за основными постройками замечен интер-ресный объект!

— Выход? — по сути, я вполне мог оставить все как есть и рвануть вперед, навстречу свободе и реальному миру. И плевать на все тайники и секреты, которые мне не удалось заметить — тут слишком опасно для одиночки. Даже убийство Жрика не сделало всех зомби вокруг даже нейтралами, не то что союзниками, как я надеялся. Раскатал губу, как же!

— С высокой вероятностью — да.

И снова Говорун прав. Если эта замануха для расслабившихся рейверов, то шансов на спасение будет мало.

— Хорошо, — раненое во время беготни от Жрика плечо болело, но в целом чувствовал себя неплохо, хотя и сильно устал. — Тогда лети туда, а я пока прогуляюсь тут…

Пока есть время, надо все же пробежаться по этажам, поискать те самые тайники и заначки.

Наскоро пройдясь рабочими зонами Лаборатории, нашел только одну вещь, что меня заинтересовала — прижизненный портрет управляющей тройки «Машинистов». В нескольких местах висели свежие календари, за этот год. И вот там-то на общем фото и можно было увидеть лица. Занес в память Нейро — пригодится. По ходу дела внимательно рассмотрел Пустынного Демона, — невысокой и ничем не примечательной на вид казашки с нечитаемым взглядом, — и пошел дальше. Таких десятки в одной только Патре. Мимо пройдет и не заметишь.

Осталось обыскать кабинет главы лаборатории.

А вот тут пришлось выдержать короткий бой с зомби-лаборантами, которые подарили мне еще один питательный батончик, ключи от дома и — самое главное! — регенерирующий раствор. Который я немедленно и вколол себе, потому что вне локации от него никакого толку, а мои травмы, раны и многочисленные ушибы требовали лечения.

А то ведь, хоть зомби-лаборанты и были низшими, но из белых рукавов их лабораторных халатов торчали длиннющие такие лапищи с загнутыми когтями, как у медведя или росомахи, и этими когтями они мне здорово располосовали левую кисть и броню. Кровь хлестала только так, и шприц с регенерирующим препаратом оказался в тему.