— Так, теперь пора найти более серьезный магазин, — выискивая взглядом подходящую вывеску, заодно определил нахождение Мауса. Надеюсь, газировка ему понравится. — Да и перекусить бы не помешало.

В планах было оружие, походная еда и улучшения для «Дрим-хоума». Вряд ли мы прямо здесь найдем Терминал, но было бы неплохо.

Может даже смогу получить свою награду за битву с кибер-овцами!

Кофейная Ферма. Роза

Роза, облаченная в свой боевой костюм и стоя на коленях, напряженно вглядывалась в экран большого монитора с окном видеосвязи. Вопросов и ответов той стороны было не слышно, только ее реплики.

— Мы их потеряли. Все бежавшие рабы скрылись, следов техники нет.

— Да, пешком.

— Нет, все на месте. Убито тринадцать охранников, три приближенных раба и двое кухрабочих…

— Нет, их нашли в запаянном ящике с посудой.

— Да, завоняли.

— Принято.

— Погони практически не было. Со смертью «Мудреца» все электронные системы оказались парализованы. Охрана перебита, техника испорчена. Связь кто-то глушил.

— Точных данных о том, кто убил нашего «ручного культиста», нет. Выясняем.

— Виновата. Готова понести наказание.

— Да. Слушаюсь.

— Нет, они не могли проделать это изнутри. Подобное невозможно!

— Так точно!

— Слушаюсь!

— Будет сделано!

Когда сеанс связи подошел к концу, женщина поднялась с колен и накинула на себя ремень автомата, собираясь выйти. Рука невольно дернулась к тому месту, где раньше всегда висел свернутый кнут. Но теперь там было пусто — отныне она не достойна этого отличительного знака! И кто-то за это заплатит.

— Госпожа! У ворот люди из Олмы! — запыхавшийся охранник без разрешения ворвался в оскверненные и более нелюбимые покои. Надо будет поменять апартаменты, оставаться здесь ей было психически некомфортно. Мерзкий мальчишка, так обмануть ее, и это после ее-то доброты и внимания!

— Зачем они явились? — спрашивать, вошли ли люди Олмы на территорию Фермы, не имело смысла. Вся ее шайка недоносков, по ошибке считающих себя воинами, не сможет остановить даже одного профессионала корпорации.

— Мы ищем одного Общинника, — шагнувший следом здоровяк отодвинул охранника рукой, но был бесцеремонно прерван.

— Старик мертв, — в данный момент ее не беспокоили ни сбежавшие рабы, ни потеря авторитета, ни даже амбалы корпорации. Нет, сердце женщины наливалось одиночеством и черной злобой, густо замешанной на обиде.

Какой-то жалкий пацан отказался от нее! От нее! Мерзкий, недостойный раб.

— Старик нам не нужен. Мы ищем молодого парня с протезом ноги.

Чужие слова отдались набатом в воспаленном разуме.

— Это невозможно!