— Диман, чёт мне не хорошо. — Лицо друга побледнело.

Я потрогал футболку Ивана. Насквозь мокрая от крови. Долбанная чёрная ткань на ней совершенно не видно крови! Елизавета Павловна вытащила рацию и коротко отдала приказ «мед бригаду в мой кабинет, живо!». Задрав футболку, вверх обнаружил пулевое отверстие чуть выше печени. Выходного же отверстия не наблюдалось. Сука. Пуля ещё внутри.

В кабинет влетели люди в белых халатах. Один очкарик, и две женщины в районе сорока. Увидев Ивана тут же, рванули к нему.

— В сторону! Включите свет! — От очкарика полетели команды как из рога изобилия. Он поковырялся в ране, а спустя пару минут констатировал. — Пуля засела ребре. Операционной у нас нет, поэтому достать её я не смогу. Обработаю рану и будем надеяться, что пуля обрастёт соединительной тканью.

— А если не обрастёт, — нервно спросил я у очкарика, хотя знал ответ.

— Если не обрастёт, то скорее всего начнётся некроз тканей и тогда он не жилец. — Буднично поведал лекарь и поправил очки окровавленной перчаткой.

— А шприц у вас есть?

— У нас этого добра навалом. Но он тут не поможет.

— У меня есть навык, могу изменять состояние неорганических предметов. Расплавлю пулю, а потом высосем металл шприцем.

— Ну если шприц не расплавится, то давай попробуем. — Меланхолично ответил лекарь и полез в сумку за пяти кубовым шприцем.

— Не расплавится. — Я присел рядом с Иваном и сконцентрировался на ребре, в которое вошла пуля.

Очкарик ковырялся в ране водя шприцем из стороны в сторону. Свинец серой лужицей скапливался внутри пластмассовой ёмкости, чтобы через секунду быть вылитым на кусочек бинта, лежащего на полу. Процедура заняла пять минут, после чего врач заявил:

— Ну всё, больше там ничего нет, если что и осталось, то уже шприцем не выберешь. Так-то свинец токсичен, но мы сделали что могли. Сейчас рану обработаю и отнесём его в лазарет. Антибиотиков у нас нет, будем надеяться на его иммунитет.

— И какие у него шансы? — Дрожащим голосом спросил Киса.

— Либо поправится, либо к богу отправится. — Врач меланхолично делал своё дело походя отдавая указания и пытхя отвечал на наши вопросы.

Через десять минут принесли носилки, охранники помогли погрузить на них Ивана и вытащили его из кабинета. Елизавета Павловна достала из стола начатую бутылку коньяка и плеснула нам в уже остывший чай.

— Что за день сегодня? Берите. — Я хотел отказаться, но напор мэра удивлял. — Слышь, давай без вот этого. И мне и вам будет полезно, сбросить немного напряжения. Да и от пятидесяти грамм ничего не будет.

Киса тут же схватил кружку и чокнулся с мэром присев на край стола.