— Прикажите Ермолову развернуть свою артиллерию и взять фланг пруссаков под анфиладный огонь! Срочно!

И польский командующий направил на угрожаемый фланг сразу три конные батареи под прикрытием одного из уланских полков.

Польский командующий с волнением следил, как русские артиллеристы галопом выйдя во фланг напирающих на их позиции прусских гренадёр, разворачивали свои орудия. Надо отдать должное выученным Ермоловым конным артиллеристам: они действовали с невиданной сноровкой и скоростью. Грохотали залпы, поле застил пороховой дым, рваными клочьями уносимый ветром в пустынные белорусские перелески.

Результат был просто ужасающ! Вооружённые новейшими облегчёнными полупудовыми единорогами, русские конные артиллеристы буквально сметали картечными залпами длинные и плотные прусские линии. Уже через четверть часа левый фланг прусской армии встал напоминать лохмотья. А затем, перестроившись из каре в ротное колонны, в атаку пошла линейная пехота поляков, и пусские линии побежали…

Командование противника не сразу заметило неладное. Однако, поняв, что происходит, принц Гогенлоэ отправил против нашей конной артиллерии своих кирасир. Плотными рядами поэскадронно, держась плотными, «сапог к сапогу» рядами, они начали выезжать на линию атаки.

Заметив эту новую опасность, Ермолов приказал обстрелять подступающую прусскую конницу картечью. Металлический смерч буквально сметал ряды прусских эскадронов. Чугунные картечины легко пронзали броню прусских кирасир, калечили лошадей; но кирасиры прусской армии продолжали дисциплинированно двигаться вперёд всё ускоряет своё движение. И казалось ничто не может остановить их напор.

Ничто, кроме такой же лавы.

Ответный ход прусских генералов с выдвижением вперёд кавалерии не был сюрпризом для командующего. Именно такое действие со стороны противника, чей фланг подвергся обстрелу подвижный артиллерии, предполагался самым простым и логичным. Выдвинувшись вперед, артиллерия оказывалась беззащитна перед кавалерийским ударом; Но на маневрах и учениях на «Большом стенде» коллективном разумом русского генералитета удалось найти несколько типовых ответных ходов на такое очевидное действие противника.

Прежде всего Ермолов приказал развернуть ещё две конные батареи, до того оставшиеся в резерве. Они, оставаясь на безопасном расстоянии от линий противника, начали расстреливать глубокий и плотный строй прусских кирасир шрапнельными снарядами.

Шрапнель была новинкой в русской армии. До того снаряды с регулируемой дистанционной трубкой, снаряжённые белым фосфором, получал только флот. Теперь же для нужд армии передали несколько тысяч таких боеприпасов, набитых чугунными пулями.