Но когда Сент-Джордж сблизился с русской линией, была замечена ещё одна странность:

— Посмотрите-ка! У русских за линией линейных кораблей стоят какие-то ещё суда! — в удивлении воскликнул кэптен Харди, сквозь пороховой дым всматриваясь во вражеское построение.

И действительно, за парусами русских линейных кораблей виднелись сильно наклонённые назад мачты… торговых клиперов. Даже не фрегатов — клиперов! Увидев это более чем странное зрелище, кэптен счёл за нужное доложить об увиденном контр-адмиралу.

— Да, действительно, это их «клиперы», — удивлённо произнёс Коллингвуд. — Удивительно, они же не могут нести сколь-нибудь мощных орудий из-за недостаточной ширины корпуса! Да и обшивка у них слишком слаба, чтобы противостоять даже артиллерии брига! Впрочем, нам это не важно: мы уничтожим и их, и линейные корабли, и всех остальных! Нам бы только подойти к ним поближе и вцепиться в них, как бульдог в быка!

Тем временем к Харди подбежал взволнованный мичман.

— Впередсмотрящий доложил, что мы плывём на какую-то шлюпку, буксируемую последним кораблём русского авангарда, сэр!

Харди и Коллингвуд, услышав это и глядя на бледного юного джентльмена, обменялись ироничными взглядами.

— Ну что же, мы сметём её, будто бы и не заметив. Расслабься, Том! — понимающе улыбнулся кэптен и, потрепав парня по плечу, отправил его на место.

— Все волнуются. Перед боем всегда так! — извиняющимся тоном пояснил он Коллингвуду.

— Я прекрасно понимаю, Уильям! — ответил контр-амирал, невольно вспоминая свои первые бои. Да, к этому не привыкнуть!

Наконец, «Сент-Джордж» врезался в русское построение, и по нему открыли огонь сразу два линейных корабля и один фрегат. Комендоры английского флагмана, стиснув зубы, ожидали, когда уже наступит их черёд послать звенящую смерть во вражеский борт. И никто не обращал никакого внимания на странный баркас, волочившийся за кормой предыдущего русского корабля….

— Ну что господа, шампанское отупорено… Извольте начинать вечеринку! — воскликнул Катберт Коллингвуд, когда его корабль поравнялся с русской линией. Сейчас прогремят залпы крупнокалиберных карронад, и чудовищные анфиладные залпы сметут русских канониров и матросов, раздробят лафеты орудий, подняв в воздух тучи гибельных осколков, древесных щепок и человеческих останков…

— Канониры, открыть… — прокричал констапель «Сент-Джорджа», но закончить он не успел.

Последние слова его потонули в грохоте чудовищного взрыва!

Корпус корабля содрогнулся так, что люди Коллингвуда все как подкошенные попадали на палубу. Прямо перед носом у «Сент-Джорджа» вырос гигантский грязно-белый столб воды, в котором просвечивали обломки; в небо взметнулись детали корпуса, доски, части корабельного каркаса; один из плехтов* вознёсся на добрых две сотни ярдов ввысь и рухнул у самого борта «Нептуна», третьего корабля в колонне Коллингвуда. Марсовые матросы как горох посыпались в воду; один бедняга грохнулся в абордажную сеть в паре шагов от контр-адмирала и в ужасе заметался, не в силах освободиться. Лишь через некоторое время он смог достать карманный нож и разрезав сети, выпасть на палубу… чтобы чуть позже умереть в ледяных водах Балтики.