— явление электрической дуги и её практическое применение, (доклад аспирантов лаборатории Василия Петрова и, разумеется, его лично),

— классификация элементов неорганической химии (мои потуги скосплеить периодическую таблицу Менделеева),

— сообщение о происхождении видов (теория эволюции);

— доклад о языке научных исследований (для облегчения международного общения я решил предложить разработать новый язык международного общения. От архаичной латыни надо уходить),

— доклад об общих началах термодинамики (исследование свойств пара, опровержение теории флогистона и теплорода),

А также доклады по теории сопротивления материалов, о природе электричества, по порошковой металлургии, об электрохимическом получении новых металлов и многое другое…

Также будут два грандиозных медицинских доклада — о природе инфекционных заболеваний и о соблюдении санитарных правил. Вообще медицинские науки должны изучаться не в Пелле: все медико-биологические исследования теперь будут проводиться на Каменном острове в Петербурге. Каменноостровский дворец после известных событий никак уже не сможет более служить императорской резиденцией, и я отдал его (а с ним — и весь остров) под медицину и биологию. Теперь там будет создан грандиозный медицинский центр, туда же будет перенесён Главный Военный и Морской госпиталь. Здесь же будет устроена система новейших научно-медицинских учреждений: Военно-медицинская академия, Санкт-Петербургский медицинский институт, и, самое главное — Международный Институт Микробиологии и Императорский институт экспериментальной медицины. Однако на Каменном острове пока ещё нет даже фундаментов названных зданий, поэтому доклады будут прочитаны в том же конференц-зале Пеллы.

О предстоящей конференции было широко оповещено во всех европейских газетах, и в начале лета, несмотря на идущие на Балтике боевые действия, учёные всего мира начали съезжаться в Санкт-Петербург. Их оказалось намного больше, чем я предполагал — более пятисот человек, считая с жёнами, детьми и сопровождающими лицами. Возникла проблема: в Пелле было готово только 80 квартир, из которых 38 уже занято учёными-резидентами.

Часть гостей удалось разместить на окружающих Пеллу дачах. Но всё равно больше половины их не получили места для жилья. И что делать?

Пришлось аврально придумывать, как не ударить в грязь лицом. Провели срочное совещание и, прежде всего, вспомнили про такую интересную вещь, как разборные здания. Мы к этому времени сделали в интересах армии несколько экспериментальных быстровозводимых госпитальных строений Стены представляли собой двухслойные щиты, заполненные посередине паклей. Крыша — такие же щиты, обтянутые толем — толстой бумагой, просмолённой каменноугольным дёгтем. Всё это возводилось в течении двух-трёх дней, и было незаменимо для развертывания больших госпиталей во время военной компании. В Петербурге на складах таких хранилось восемь штук — каждый на сто пятьдесят коек. В каждом из них просторно и с комфортом можно было разместить двенадцать семей. Пять госпиталей отправили в действующую армию, но три остались в резерве. Приказали пустить их в дело, установив в Пелле на берегу Невы, но этого всё равно не хватало!