— Смотрите! — прошипела София, и ее бархатный голос уродливо сорвался на визг. Она указала на восточные предместья, где к городу, словно стальная река, двигались имперские шеренги под черно-желтыми знаменами. — Родзянко! Строгановы! Оболенские! Все они! Смотрите, как они теперь несут его знамена! Как режут наших!

Отец простонал. Его коалиция князей, его надежда, его сила — рассыпалась в прах за одну ночь. Уловка этого брюзгливого старикашки Брусилова, этот чудовищный спектакль с казнью Шуйского и уничтожением его безумной дружины на глазах у всего города — все это сработало идеально.

Страх оказался сильнее денег, обещаний и ненависти к Меньшиковым. Страх перед этим генералом, чья жестокость граничила с демонической. Родственники пленных, которых тот держал как заложников, предпочли купить их жизни предательством. И теперь их дружины, вместо того чтобы ударить в спину имперцам, рубили спины республиканцам.

— Трусы! — выкрикнула София, и в ее голосе звенели слезы бессильной ярости. — Жалкие, ничтожные трусы! Как они посмели⁈

Луначарский не повернул головы. Его тонкие пальцы сжимали набалдашник трости с серебряной буквой «R».

— Сила страха, княжна, — произнес он ледяным тоном, — часто превосходит силу убеждения или жадности. Особенно когда ее демонстрируют столь… наглядно. «Брусилов» мастерски сыграл на инстинкте самосохранения стадных животных.

В этот момент по узкой лестнице башни взбежал молодой офицер, лицо его было искажено ужасом. Он едва успел отдать честь, задыхаясь:

— Господин Председатель! Князь! С востока! Со стороны болот… Радарные маги фиксируют… невероятный выброс энергии! Летит прямо на город! Это… это похоже на боевое заклинание стратегического уровня! Массивный энергетический сгусток — огненный… птица какая-то! Скорость запредельная!

София почувствовала, как земля уходит из-под ног. Стратегический уровень? Это означало уничтожение кварталов. Уничтожение Кремля.

Луначарский лишь слегка кивнул, будто ему доложили о доставке бумаг. Его лицо оставалось маской спокойствия.

— Феникс Разрушения, — констатировал он сухо. — Работа спаянной команды огневиков и очень талантливого мастера. Предсказуемо. «Брусилов» решил ударить еще одним отрядом нам в тыл. — Он сделал шаг к лестнице. — Мне стоит спуститься в командный пункт. Нужно попытаться перенаправить или ослабить удар. Каждая секунда на вес…

— Всё пропало! — вдруг завопил князь Верейский, хватая Луначарского за рукав. Его глаза были безумными, слюна брызгала с губ. — Слышишь⁈ Всё! Город пал! Союзники предали! Эта… эта огненная смерть летит прямо на нас! Нас сожгут заживо! Мы проиграли!