Все взаимные претензии будут сняты, говорил император. Ана-Тари будет свободной и получит право делать, что посчитает нужным. А он, Ана-Баал, официально признает наш брак с ней и не станет преследовать. Все это будет возможным, если мы оба признаем себя виновными в произошедшем. Во всем! Во всех мятежах, волнениях и войнах, что случились за последний год. И когда император говорил об этом, он улыбался. Что ж, примерно такую цену я и ожидал, но был ли я на самом деле готов к ней?

Ана-Баал не проиграл. Он не ушел за грань, его попытка убить почти сотню древних окончилась неудачей. Но он и не собирался так поступать. Все это дело рук его младшей дочери и ее человеческого любовника. Ведь какая судьба была у моей супруги? Она даже не вечно вторая, она вечно третья. А пока жив отец, то и вовсе четвертая. Право престолонаследия в первую очередь принадлежало Ана-Эни, в случае ее гибели или признания недееспособной — Ана-Яни. И лишь оставшись круглой сиротой моя супруга могла претендовать на власть. Вот и решилась уйти за грань в одиночку, не в силах быть на подхвате.

Все это — жажда власти, с усмешкой говорил Ана-Баал. Старшая и средняя дочери пытались ее образумить, но взбалмошная Ана-Тари гнула свое. Обманула отца, сестер и правительство, втянула в свою авантюру наемников и расшатывала Содружество. А что же делал в это время император? Принимал на себя град критики, разъезжал по отдаленным планетам и пытался решить дело миром. Но проклятый любовник его младшей дочери при помощи купленных агентов разжигал и разжигал огонь мировой революции… В довершение всего миротворцу Ана-Баалу пришлось пойти на крайний шаг и уничтожить сакральное место Альдноа, чтобы помешать своей заблудшей дочери принести в жертву почти сотню разумных. И все это под огнем «Звезды смерти».

— Ты не примешь эти условия, — прошептал Нари, которого я так и не посвятил в последние детали плана. Пушистик, конечно, любил авантюры, но подобное, похоже, было слишком даже для него.

— Примет, — уверенно произнес император. — А я от лица всех альдноа награжу всех, кто пытался предотвратить массовое убийство. Ты же помогал мне, не так ли?

Шерсть на пушистике встопорщилась дыбом, глаза сузились в щелочки, а лицо исказила гримаса ненависти. Нари, который хватался за самые сомнительные контракты, если они пахли деньгами, посчитал предложение императора ниже своего достоинства.

— Ты всегда сможешь найти меня, Александр, — сказал он на прощание и скрылся в портале.

— Мы договорились? — спросил Ана-Баал. Если бы он знал, как давно я был готов к этому вопросу.