– Но Сурок сказал грузиться, – все тем же дрожащим голосом возразил Юпсик.

– Так можешь грузиться, никто тебе не мешает, их снайперы даже рады будут. Делай что хочешь, но мы уходим.

– Я с вами!

Пулемет противника работал скупыми очередями, но все равно нагонял жути. Люди в этом зале – будто рыбки в аквариуме, в любом углу достать можно. Скорее всего, огонь беспокоящий, просто расслабиться не позволяют, а сами тем временем подтягивают основные силы ближе.

Карат, пробираясь к вероятному выходу, издали засек движение – в том же направлении, сильно пригнувшись, двигались два армейца. Улыбнулся своей находчивости – как и предполагал, они и правда уходят не прощаясь, причем путь у них тот же. Странно, что снабженцев бросили. Или Сурок напутал с приказами, или их оставили специально, чтобы выиграть время. Один пикап и кучка случайного сброда с арбалетами – это несерьезно, но на какое-то время может обмануть противника, заставить задержаться.

Вот ведь сволочи – по-тихому приносят в жертву малоценный отряд, чтобы вывести из-под удара главные силы.

Пуля со звоном прошлась по стеллажу с разнокалиберными бутылками, в нос шибануло алкоголем. Пригнуться ниже, не дать себя рассмотреть, укрытий у дальней стены хватает. Вот и вожделенная дверь, последние шаги остались. Отвернулся, чтобы даже уголком глаза не видеть то, что творится правее. Там ракета разорвалась на краю толпы сотрудников и покупателей, которых в самом начале согнали в кучу. Теперь весь пол в лужах крови и обрывках тел.

А еще там стонут раненые, которым никто даже не думает помогать.

Хлоп-хлоп-хлоп! Застучало часто и знакомо – где-то поблизости заработал автоматический гранатомет. И бил он прямой наводкой по торговому залу. Только полный кретин может заявить, что заряды у этого оружия несерьезные, лишь на том основании, что против брони оно не играет и вообще осколки у него мелкие. Зато прекрасно играет против пехоты, в том числе находящейся за препятствиями. Один человек с такой штукой может легко зачистить супермаркет от всего живого, тут ведь с надежными укрытиями напряг, складывается впечатление, что на девяносто процентов все сделано из прессованного картона и пластика.

Юпсик завыл, зачем-то вцепился Шусту в руку, и тот как ни в чем не бывало начал на это ругаться. Правда, слышно плохо, нескончаемый грохот мешает, в коробке торгового зала звуки разносятся особенно гулко.

Одна из гранат ударила в чудом устоявший после взрыва ракеты стеллаж. Осколками выбило клочья с каких-то упаковок, выглядело это как облачко конфетти после безобидной хлопушки.