Улыбка с лица девушки тут же слетела. Она знала, о чём будет этот разговор, поэтому посмотрела на мать, ища поддержки, но Валентина лишь отвела взгляд на пёстрый ковёр на полу, устраиваясь в кресле рядом.

— Сразу говорю — я за Никиту не выйду! — упрямо заявила Юля.

— Выйдешь! — грохнул граф кулаком по столу. — И это не обсуждается! Всё решено.

— Нет! Я же говорила! Он мне даже не нравится, — девушка раскраснелась, вцепившись в подлокотники кресла.

— Какая разница, нравится или нет? — раздражённо ответил граф. — Ты обязана слушаться родителей! Мы точно знаем, что для тебя будет лучше. Сколько тебе можно говорить, что для нашего рода это очень выгодная партия⁈ От этого брака все выиграют.

— Нет, не все! — обиженно вскрикнула Юля. — Ты только о себе думаешь и своём… своём сейфе. Деньги, деньги, деньги… А как же я, отец⁈ Тебе же просто наплевать на мои чувства!

— Доченька, — мягко ответила Валентина, положив ладонь на руку Юли. — С Никитой ты всегда будешь при деньгах. У них очень обеспеченный род. А этот Черкасов… С ним вообще непонятно, что будет дальше. Лучше не рисковать своим будущим ради мимолётных чувств.

— Мама, я уже сказала, что не пойду замуж за этого рыжего таракана! — всхлипнула Юля. — Терпеть его не могу!

— Ты что такое говоришь! — граф нахмурил кустистые брови. — А ну, прекрати! Я думаю о твоём будущем! И о твоих детях тоже. Ты хочешь, чтобы Воронцовы обнищали? Чтобы потеряли деньги и власть? Так и будет, если приведёшь в наш род Черкасова.

— Володя самый лучший из всех, кого я знаю. Он… он честный, добрый, справедливый и сильный. И я люблю его! — ответила его дочь.

— Что⁈ — Воронцов вскочил на ноги. — А ну, марш в свою комнату! Будешь сидеть там, пока не одумаешься. А про Черкасова можешь забыть! Я костьми лягу, но не позволю позорить наш род!

— Всё с вами понятно! — Юля вскочила с кресла и выбежала из кабинета, еле сдерживая слёзы.

Граф подозвал дворецкого и велел запереть спальню Юли, а ключ принести ему. Он сможет укротить строптивую дочь. Посидит, подумает, а завтра будет как шёлковая.

Чуть позже поднялся к ней и забрал телефон. Не хватало ещё, чтобы она кому-то пожаловалась. Или связалась с этим недоноском.

* * *

Спальня Юлии, раннее утро следующего дня

Юля отказалась от ужина, таким образом выражая протест. Однако прекрасно понимала, что рано или поздно придётся согласиться на условия отца.

Но ещё бабушка ей говорила: из любой ситуации есть выход. Иронично, конечно, но им был выход из окна. Она хотела улизнуть глубокой ночью, но уснула.

А сейчас на часах шесть утра. По идее ещё все спят, и охрана не очень активно ходит по периметру. Самое время. Другого шанса у неё не будет.