— Ты всё же достал их… — усмехнулся Бао, взяв тысячелетний цветок пустыни.

Я решил на всякий случай всё же показать цветок Бао, как эксперту. Он хоть и человек-говно, но в моих глазах он был мастером своего дела.

— Я надеюсь, это то, что нужно, да?

— Ага, сойдёт, — кивнул он. — И сколько ты их нарвал?

— Достаточно. Достаточно на нас всех.

— И я так понимаю, ты набрал очень много, где хватит с головой не только на нас, но и на ещё кучу человек. Похвально, — усмехнулся он. — И ведь обобрал бога… Юнксу, ты один из самых странных людей, которых я видел.

— Один из самых?

— Ты не представляешь, как много странных людей топчут земли, и ты один из них, уж поверь мне, — оскалился он, но тут же поморщился и потёр лицо, на котором красовались синяки.

— Вижу, Чёрная Лисица поболтала с тобой, — окинул я его одноглазую рожу взглядом. Всё в синяках и шишках, губа разбита, а нос и вовсе сломан, как погляжу.

— Да, она подумала, что это я могу быть причастен к твоей пропаже, — улыбнулся Бао беззлобно, будто и не злился на неё вовсе. — Особенно после того, как обнаружилось, что связь ошейника с тобой разорвалась. Джа ходила здесь, как потерянная, будто не знала, куда можно податься, а Лисица сразу же обвинила меня в твоей смерти, и решила устроить допрос с пристрастием.

— Ошейник потерял со мной связь? Надолго?

— Не знаю, как и не знаю, из-за чего: из-за тюрьмы Чи Ю или из-за зоны, где подавляется Ци. Но тем не менее все подумали о худшем, а Лисица, как выяснилось, очень дрожит тобой, — потёр он ушибы на лице.

— Но тем не менее ты жив.

— Конечно жив, — ответил он. — К тому же твой мастер, она лишь… милая девушка с горячим характером. Помашет ручками и успокоится. Куда хуже Лин её верная подруга.

Он кивнул на Совунью, которая в это время сидела в стороне и рылась в сумке. Будто почувствовав внимание к своей персоне, она подняла голову, огляделась и остановила взгляд на нас.

­— Верная подруга? Я бы не назвал её верной подругой, — покачал я головой в сомнении, вспомнив, как Совунья в своё время отзывалась о Лисице. — Они скорее соперницы.

— Не верь всему, что видишь. Они подруги, причём лучшие, как бы это не выглядело наоборот со стороны. И из этих двух воплощение зла — Пейжи. Маленькая скользкая стерва, которая не будет столь прямолинейной и не станет махать кулаками, как Лин, а медленно истреплет все твои нервы и высосет мозги через трубочку. Как ты смотришь на то, чтобы Пейжи случайно запнулась на краю ущелья и упала в лаву, связанная по рукам и ногам, а мы скажем, что это она сама?

— Я всё слышала, Бао, — негромко сказала Совунья со своего места, и даже виду не подала, что её это как-то насторожило.