Я бросил ей в след взгляд, оставшись с пьяной парочкой.

Да, алкоголь действительно сближает людей, всегда немного не от мира сего Совунья сейчас о чём-то шепталась с Бао и даже едва заметно хихикала, когда он что-то нашёптывал ей на ухо. И пока я ел то, что осталось на столе, оба медленно перешли от разговоров к действию, перебазировавшись в соседний отсек на кровати, которые они сдвинули.

Не сильно желая наблюдать за их соитием, я решил последовать за Лисицей и дождаться, пока эти не закончат, наказав попутно Зу-Зу следить за обоими, особенно за Бао. Он вроде выпил, я сам видел, но чёрт знает, что он там может удумать.

Едва я вышел, как практически сразу встретил Лисицу, которая сидела на фальшборте и хлестала вино прямо из горла. Я всё больше убеждался, что если она бухает, то бухает по-чёрному, не размениваясь по мелочам. А ещё забавнее было то, что когда она запрокинула голову, осушая до дна бутылку, то накренилась и просто начала падать спиной назад.

Она бы могла вполне приземлиться затылком на палубу, но приземлилась ко мне на руки — я едва успел поймать эту черноволосую пьянь.

— Хорошо иметь ученика… ик… всегда есть, кто подстрахует тебя… — пробормотала Лисица, глядя куда-то в небо сквозь меня, после чего подняла бутылку, разлив часть на палубу. — Хочешь?

— Я откажусь.

— Выпей со мной. Со своим… ик… мастером…

— Я уже достаточно выпил, Чёрная Лисица. Да и вам будет достаточно, наверное.

Сейчас у неё был немного другой голос, более мягкий, лишённых этих стальных ноток, пусть они и пробивались кое-где так или иначе. Когда человек носит какую-то маску, он так или иначе привыкает к ней.

Лисица медленно выбралась из моих рук и, выбросив за борт пустую бутылку, подхватила новую. Выдернула зубами пробку, выплюнула следом за пустой бутылкой и приложилась, медленно направившись к месту, где обломился нос. Там Лисица и села, свесив ноги вниз и выглядя так, будто запивала горе.

— Вы себя хорошо чувствуете? — подошёл я сзади.

— Лучше не бывает, — ответила она. А через несколько секунд добавила. — Ужасно… ик…

— Ну, вестимо, вы столько выпили, — присел я рядом с ней на край.

— Дело… ик… не в выпивке… — пробормотала она. — Я просто ужасно себя… ик… чувствую… Бесполезной и ненужной никому…

— Ну… вы полезны и нужны нам, почему же.

— И чем же я… ик… полезна, Юнксу? — посмотрела она на меня глазами, которые гуляли, будто не могли навести резкость.

— Я думаю, вы знаете.

— Я хочу… ик… услышать.

— Ну вы нас, как минимум, всех лечите.

Она положила мне голову на плечо, что-то невнятно пробормотав, и так сидела минут десять, иногда прикладываясь к бутылке, которую, допив, сбросила вниз на обломки корабля. По округе пролетело эхо битого стекла. А она спустила голову с моего плеча на колени, вытянувшись вдоль края. Лежала минут десять или двадцать так, но явно не спеша засыпать.