— Давай, Юнксу, занимай место, — а вот Люнь не терпелось сыграть на мою жизнь. — Сейчас мы быстро его победим, доверься мне.

Собственно, больше мне надеяться было не на что, поэтому я нехотя, я занял место на деревянном, оббитым чем-то мягким стел напротив огромной каменной тумбы с большими шахматными фигурками.

Как оказалось, правила всё же несколько отличались от привычных мне земных. Так коня по судьи здесь не было, и ходила фигура не буквой «Г», а прямо через три клетки. Пешки здесь рубили не только под углом, но и вперёд, и слоны ходили совсем не по диагонали. Короче, от игры, которую я знал, и в которой лажал как бог не осталось и следа.

Сейчас единственным спасением была Люнь, которая со знанием дела осторожно направляла меня, показывая, какой фигуркой походить и кого срубить. При этом мой оппонент, огромное ракообразное существо метров пятнадцать в высоту, чья морда была спрятана под панцирем, осторожно брал фигурки своими огромными клешнями и со знанием дела отвечал на все наши выпады.

Это было даже немного удивительно, как он умудрялся взять такие небольшие фигурки своими манипуляторами, которые могли бы вполне вскрыть машину, как консервную банку. Как он вообще мог разглядеть с такой высоты фигурки.

Но проблема была не в этом. Проблема была в том, что он настолько со знанием дела ходил, что не прошло и половины игры, а нам уже сообщили, что…

— Ты проиграл! — торжественно прогремел он.

— Ой… — тихонечко пискнула Люнь во мне. Лошара блин… играть она умеет…

— Вот она, победа мудрости над разумом, — продолжило ракообразное существо, глядя на меня сверху вниз. — Ты проиграл и теперь твоя жизнь в моей власти, чужак.

В этот момент моя рука опустилась на меч, который висел у меня на поясе.

Я был готов броситься в любую сторону и обрушить ему на черепушку любую атаку, сделай он хоть один неосторожный выпад в мою сторону. Учитывая, что Император сказал про мою жизнь, сейчас было самое время сделать первый шаг. Мои инстинкты кричали о том, что если и есть хотя бы один шанс вырваться из западни, то это сейчас, когда он ещё празднует победу и не ожидает атаки.

Однако…

— А… можно реванш сделать? — негромко спросил я.

— Что сделать?

— Вторую попытку? Великий Император, мне так понравилось с вами играть, что хотелось бы повторить эту партию.

Однако пусть мои инстинкты и кричали атаковать, где-то в глубине души что-то тихо подсказывало, что зла мне здесь желают столько же, сколько и я им. Сделай глупость, и ответ будет симметричным. Поэтому мысль сыграть ещё раз почему-то показалась мне наиболее уместной и безопасной.