— Что именно? — воззрился на Андропова Брежнев.

— Реагировать — говорит, на ситуации возникающие, глядя на шпаргалку, вот что лучшее — вы можете сделать! Каков наглец, а? Добавляет, мол — понимает, что мы, члены Политбюро, слушать советы детского сада не будем. Пусть, дескать, и признаете, что человек с памятью в башке на 50 лет тому вперёд сидит в ребёнке. И наш аргумент предвосхищает — вы мне, говорит, сразу же и резонный вопрос сами зададите — «кто будет нести ответственность за эти советы перед страной, ты что ли?». И резюмирует, что остаётся нам, если признаем, что он из будущего и помнит опыт этих десятилетий вперёд, то лишь реагировать и предупреждать тайно заранее тенденции всякие нехорошие… в лучшем случае. Если с идеологией что-то решим… — зловеще добавил Андропов.

— А идеология то тут причём? — несколько оторопело уточнил Брежнев… и тут же буркнул — … предательство в верхах, после обновления ЦК при Горбачёве всё это, что тут думать… если верим россказням Вяткина.

— По мне так — он намекает, что идеология нам не даст свершить то, что по его мнению нужно для страны!

— И-иш-шь какой! — фыркнул, не сдержавшись, Брежнев — наша идеология плоха ему стала. Это у него точно пропаганда буржуазная от властей новых этого будущего… эфемерного, вот! И мало ли что он хулит их всех сам, голову то ему промыли хорошо.

— Если мы верим ему, то буржуазная реставрация в СССР… вполне возможна. А это… — Председатель КГБ аккуратно подобрал слово, что не слишком то уж перечить рассерженному Генсеку — … говорит о том, что дело не только в клике Горбачёва.

— Да понимаю я, что всё глубже… — неожиданно легко согласился и махнул рукой Брежнев. Генсек снова переключился, шевельнулся в кресле и устроился поудобнее, — Что у нас есть, в сухом остатке, по «Свидетелю»? Верим мы ему в главном или нет?

Брежнев, как понял его собеседник, очевидно попытался подвести первый некий промежуточный итог предыдущей дискуссии:

«Верить или не верить в главных моментах» «Свидетелю»? Вот собственно вопрос, от которого зависят все их последующие действия! Просто «оставить под наблюдением науки, как удивительный и пугающий феномен» или, учитывая реальность трёх самых настоящих предателей, поднесённых Вяткиным в качестве первого доказательства своих слов, учитывать в больших планах и распоряжениях руководства страны и партии его сведения?

— В целом, я верю в то, что он излагает. И Козельцева, сотрудница Комитета, которая с ним больше всего общается, она со многими академиками нашими на короткой ноге, да и соображает по части науки, шарлатанством его сведения не считает. Мы, собственно говоря, его личность и возможность всяких махинаций проверили в первую очередь. Сейчас феномен «Свидетеля» кроме как гипотезой в то, что сознание его действительно — из будущего, ничем уже не объяснишь.