Дракон, больше не слушая, что-то кричащую предательницу, выпустил в нее струю пламени. Я не стал останавливать. За свои поступки надо отвечать. Как жаль, что так поздно понял истину… Тания — моя душа. Душа дракона. Просто раньше душой могли стать лишь драконицы, а она человек. Мысль прояснила сознание, и мой зверь отступил, с тоской глядя на ту, жизнь которой стала безумно важна, и теплилась сейчас лишь на тонкой струйке магии ребенка.
Когда я подошёл, девочки так и сидели над лежащей Танией. Только вот уже не просто рыдали, а сосредоточенно звали ее, прося вернуться. Май, неумело, но старательно, под руководством Брайана, вливала свою магию жизни в тело матери. Ее крильса вместе с уже подросшим котом, зализывали рану. Остальные кошки так и сидели кру́гом, не пропуская никого внутрь, и издавая странный звук. Не знаю, что делают эти своевольные хищники, но не стал мешать. Присел с другой стороны от Май, и взяв за прохладную ладонь любимую, тоже начал звать.
23.2
Ну вот… я, кажется, умерла.
Или нет? Но тело не болит, снова та легкость, что была после аварии. Моргаю раз, другой. Картинка все та же, но помимо дочерей, надо мной склонились еще две фигуры… призраков! Вздрагиваю, и в миг оказываюсь на расстояни. Только потом, до меня доходит, что лицо мужчины знакомо мне…
— Вы! Это вы забрали мою дочь! — я, уже без страха, с какой-то обреченностью, смотрю на странного отмороженного ангела, что когда-то увел мою Софию.
— Надо же, узнала… как ты сюда вообще попала? — Мужчина, а как я уже догадываюсь — дракон, смотрит с любопытством, и каплей сожаления. Точно! Вон повернулся к девушке, и на висках чешуйки стали переливаться. Да он же седой! — Я думал, что ты осталась в своем мире, и…
— Что и? И умерла? — во мне вспыхнула злость так же остро, как миг назад боль от стрелы. — Да кто дал вам право распоряжаться чужими жизнями?! Мы с дочерью спокойно себе жили, и никого не трогали! — на этом месте я глянула на дочь, склонившуюся над моим телом. Захотелось в голос взвыть от бессилия, и в то же время от радости… Первое, потому что не могу обнять и успокоить малышек. А второе — они живы! И радость за их жизни успокоила меня. Да и чего сейчас-то кулаками махать?
Плюша… Я улыбнулась наблюдая, как кошка старательно вылизывает мою рану. Не знаю, как в этом виде двигаюсь, но мгновенно оказалась перед телом, и попыталась погладить младшую дочь. Мимо…
— Плюша, позаботься о наших котятах, пожалуйста… — хотелось зареветь, но глаза оставались сухими. А кошка словно услышав, дернула ушами, и снова взвыв на ультразвуке, принялась еще более ожесточенно вылизывать рану. Кажется, я услышала не то, чтобы голос… скорее мысленное послание "не смей бросать! Держись!". Я улыбнулась. — Я рада, что ты есть у Май, только и Ангу не бросай теперь. — Кошка фыркнула, и к ней присоединился котенок. Ну… конечно за время, что мы не виделись, он стал здоровым шикарным котом, с порванным ухом.