— Вот и отлично, — довольно протянула, не обращая внимания на некую фамильярность женщины. Сейчас не до реверансов, в замке бардак, у мужа гарем, слуг нет, а во дворе полно воинов.
— Елена, я здесь немного похозяйничаю? — смущённо спросила Рона, поднимая из чашки внушительного размера шар теста, — соскучилась.
— Да конечно, — махнула рукой, радуясь, что не мне это приходится делать, обратилась к кухарке, — Финола, мужиков накормила? А мы, когда ужинать будем?
— Те, что в замке ходили, кормила. Остальным сами себе похлёбку варили, так его светлость приказал. Ужин, если желаете, сейчас подам.
— Желаю, — кивнула без особого энтузиазма. День был настолько тяжёлым и насыщенным, что аппетита совершенно не было, но мужа надо кормить, поэтому проговорила, — я Аластера в столовую приглашу, а Корта пусть отнесёт туда тарелки и то, чем ты нас сегодня будешь потчевать.
— Похлёбка, — хмыкнула Финола, чуть скривившись, — мясо да крупа токмо остались.
— Знаю, Аластер скоро решит этот вопрос.
Ужинали вдвоём, девчонки задержались на кухне, решив поболтать и помочь с приготовлением любимого блюда семьи Роны — буркузы. Для меня это было что-то похожее на пельмени, суть одна. Предварительно обжаренный фарш утрамбовывали в открытые с одной стороны трубочки из тонкого бездрожжевого теста. Затем со слов Роны, эти трубочки плотно укладывают в сковороду открытой стороной вверх, припускают в бульоне с водой, а затем обжаривают. Должно быть очень вкусно, но ждать готового блюда сил совсем не было. Аластер тоже вяло работал ложкой и вид имел глубоко задумчивый.
Так и недоев похлёбку, мы будто два старичка, пошаркали на второй этаж, быстро привели себя в порядок и рухнули на кровать словно подкошенные. Уткнувшись носом в грудь мужа, пожелав друг другу доброй ночи, я стоило закрыть глаза, отключилась. И в этот раз сопение Аластера, жар его тела, тяжёлые руки, которые обычно придавливали меня к кровати, совершенно не беспокоили.
Глава 36
Пробуждение было волшебным. Тёплый ветерок обдувал моё лицо. Надо мной порхали прекрасные бабочки, касаясь своими нежными крылышками щёк, лба и губ. Затаив дыхание, пытаясь угадать, куда на этот раз приземлится чудесное создание, на краю сознания услышала тихий довольный смешок мужа.
— Доброе утро, — прошептал Аластер. Крыло бабочки ласково прижалось к моим губам, лапками легонько кольнув подбородок.
— Доброе, — невнятно пробормотала, так и не открыв глаза, инстинктивно чуть поддалась вперёд, чтобы снова почувствовать приятную ласку. Судорожный вдох и мои губы тотчас сминают в жадном, чувственном поцелуе. Откинув голову, подставляя шею под жаркие губы, я не сдержала тихого стона, когда муж втянул горячим влажным ртом нежную кожу чуть пониже уха. Сладостный стон, который совершенно лишил рассудка Аластера. Мужчина с гортанным рыком, молниеносным движением навис над моим ёрзающим в нетерпении телом и набросился словно изголодавшийся зверь. Осыпая нежными поцелуями шею, плечи, грудь, лаская всюду, куда дотягивались руки, он умело разжигал давно потухший во мне огонь. Я извивалась в его руках, сладкая боль внизу живота стала почти невыносимой. Но муж не спешил, его движения были неторопливыми. Каждое прикосновение, ласка, шёпот были словно обещания чего-то сказочного, недосягаемого, оттого ещё более желанного… Его губы, руки, скользящие по телу, будто гипнотизировали меня, заставляя забыть обо всём. Я задыхалась, утопая в его нежности. Я ещё никогда не испытывала такого яркого, безумного, необузданного желания слиться воедино… с каждой секундой погружаясь в невероятное наслаждение, из которого уже не выбраться…